Книга Аромат прозрачной ночи, страница 89 – Тихая Аканэ

— Амулет… – повторяю я про себя – так, чтобы Сацуки-тян не услышала.

Я все время под защитой ароматов, созданных Саку-сан. Уютные запахи помогают расслабиться, снимают головную боль и усталость, прогоняют болезни. Только покинув особняк, я узнала, что многие ароматические травы и специи обладают антибактериальными свойствами и укрепляют иммунитет.

Наверняка жизнь в окружении природных запахов помогла мне поправить здоровье – и душевное, и физическое.

Увы, те времена закончились.

— Что-то случилось? – спрашивает Сацуки-тян, разглядывая содержимое кастрюли.

— Ничего, – качаю я головой. – Может, в следующий раз томатный суп сделаем?

— Это какой?

— Добавим морепродукты, пусть будет что-то вроде буйабеса. Специй разных положим. И пармезаном сверху посыплем.

— Отлично, я согласна! – улыбается во весь рот Сацуки-тян.

…Тогда у меня ещё оставалось много сушеных трав с огорода в особняке. Потом минул Новый год, и первым закончился лосьон для лица. За ним – средства для волос, гель для душа, стиральный порошок, крем для рук, молочко для тела, шампунь… Простые бутылочки с неброскими наклейками постепенно пустели. Каждый раз, когда что-то заканчивалось, я пыталась найти похожий аромат, но, сколько ни вчитывалась в составы на этикетках, ничего толком подобрать не удавалось. Я уже и сама не могла вспомнить, какой запах ищу, – знала только, что попадается не совсем то.

Впрочем, спустя пару дней новый запах становился привычным и воспринимался уже как нечто само собой разумеющееся. Оставалось радоваться своему не слишком чувствительному обонянию: если бы воспоминания не стирались, было бы куда тяжелее. При мысли о Саку-сан, которому сбежать от них было некуда, мне становилось не по себе.

К тому моменту, когда запахи, связанные с ним, полностью исчезли из моей жизни, наступила весна.

Весна выдалась полная хлопот. Пока я была занята учетом товаров на складе, где подрабатывала, сакура быстро осыпалась из-за дождей. Сацуки-тян жаловалась, что не успела сходить на ханами, но решила зато сразу сесть на диету – готовиться к летнему сезону. Когда у нас совпадали выходные, она заходила за мной, чтобы позвать на прогулку.

Я наконец почувствовала, что могу позволить себе отдыхать – дней шесть в месяц. Раньше, если я сидела дома с утра до вечера, мне непременно снились кошмары. В такие ночи я готовила лимонад с ромашкой, как советовал Саку-сан, и аромат трав помогал спать крепко и спокойно. С приближением весны кошмары стали отступать, и к тому времени, как я сдала зимнюю куртку в химчистку, засыпать мне было уже не страшно.

Вечерами я иногда вспоминала Саку-сан. Однажды я спросила, почему все флаконы в его кабинете стеклянные.

— Потому что так содержимое лучше сохраняется, а примеси более заметны. А еще стекло, в отличие от металла или пластика, ничем не пахнет, – негромко, будто опасаясь нарушить тишину в комнате, объяснил он.

— Стекло совсем не пахнет? – переспросила я, и в глазах Саку-сан появилось знакомое выражение – словно его взгляд устремлен куда-то вдаль.

— Иногда я пытаюсь вообразить, каким бы был мир, если смотреть на него совсем по-другому – например, изнутри наполненной запахами ночи, – проговорил он.

Я представляю себе Саку-сан спящим на дне прозрачного стеклянного флакона, в темно-синем воздухе, – в обнимку с вечностью, о которой помнит лишь он один. Сперва мне кажется, что я рано или поздно забуду о времени, проведенном с ним рядом: ведь я не умею по собственному желанию отмыкать двери памяти.