Книга После развода. Дойти до края, страница 63 – Марина Безрукова

Я не шевельнулась. Просто перевела взгляд на башню красного кирпича, что маячила перед окнами. По вбитым в стенки металлическим скобам скакали две вороны. Со стороны казалось, что они играют в догонялки.

Я пыталась понять, что же я испытываю? Радости от того, что отваживаю клиентов от Танькиного магазина, точно никакой не было. Но и угрызений совести тоже не наблюдалось. Вершилась какая-то только мне понятная справедливость. Может быть, и не совсем правильная, но доставляющая в моменте чувство удовлетворения. А самое главное, я не считала, что поступаю плохо.

Тем временем, одна из ворон клюнула другую в бок. Бедолага хрипло каркнула, сорвалась и кубарем ухнула вниз. Я усмехнулась: всё как у людей. Сначала вместе прыгали по скобам, а потом более сильная избавилась от слабой.

Слабая… Есть в этом что-то унизительное. И почему в этом мире приветствуется, когда человек умеет ходить по головам и не хуже хищника щелкать челюстями. Тяжело это. Мне так вообще непривычно. Я потому и прибилась к институту, вросла в нашу кафедру намертво. Среди своих по духу как-то спокойнее. Правда, и здесь есть те, что в лицо улыбаются, а за спиной козни строят.

Вот и я им уподобилась. Хожу, сплетни сею…

Неожиданно спектакль за окном продолжился. Пока ворона-победительница важно расхаживала туда-сюда, сброшенная с Олимпа неудачница подкралась с другой стороны и схватила соперницу за хвост. Не ожидавшая такой подлости птица завертела головой, но то ли ей было мало места, то ли коварная мстительница заняла более выгодную позицию, сделать ей ничего не удавалось. Несколько перьев закружились в воздухе, еще секунда, и бывшая победительница сорвалась с места и улетела.

Я с детским интересом наблюдала за этой сценкой. Надо же, как поучительно. Что ж, раз уж пошла такая тема, то придется продолжить в духе хитрой вороны.

— Оксана Дмитриевна, - заглянула я в соседний кабинет.

— Да, Юленька… Как ты? Поправилась?

Оксана Дмитриевна славилась своей душевностью. Она не могла пройти мимо кошки, что ютилась с котятами у студенческого кафе, подкармливала общежитских ребят конфетами, вязала салфетки и продавала их в интернете, а вырученные средства отправляла в помощь больным детям или в приюты для животных. Именно Оксана Дмитриевна уговорила своего мужа недорого сдать помещение под Танькин магазин. Я поручилась, что подруга не подведет.

Но теперь же все договоренности аннулированы, правда? Всё по-честному. Танька забрала у меня мужа и дочь, а я заберу то, чем помогала.

— Оксаночка Дмитриевна… у меня к вам просьба.

— Конечно, - встрепенулась наша добрая самаритянка. – Что такое?

На простодушном лице тут же отразилась готовность бежать помогать. Я набрала в грудь воздуха и кратко рассказала, кто и каким образом разрушил мою семью. О том, что Оксана Дмитриевна кому-то расскажет, не переживала. Не расскажет. Потому что прямо сейчас ощущает мою боль. Она такая наша Оксана Дмитриевна. Всех жалеет и не причиняет никому зла. Она как фонарь, горящий в темноте, все сразу к ней.

— Попросите, пожалуйста, чтобы Константин Иванович разорвал договор. Я понимаю, вы, наверное, считаете это… гадким с моей стороны. Но мне так будет легче… Немножко легче.

Я говорила искренне. Искала крохотную долю справедливости. Оксана Дмитриевна сморгнула крупные слезы, выступившие на глазах, и обеими ладошками обхватила мои руки. От жарких импульсов завибрировала кожа.