Книга После развода. Дойти до края, страница 93 – Марина Безрукова

— Чего это? С молодой перестарался? Стер?

— Шуточки у тебя, - беззлобно огрызнулся я, щелкая брелоком.

— А чего? Плавали-знаем... Ты это… - Сашка тронул меня за плечо. – С шефом сегодня аккуратнее. Ты там что-то накосячил с мерсом. Он орет. В смысле Михалыч, не мерс. А сначала хозяин мерина орал. Короче… Я попробовал за тебя вступиться, а Михалыч меня чуть не затоптал. Знаю, - орет, - чем этот… думал. Все мозги в яйца стекли. Ему там Гусев-сволочь что-то напел… Короче, жесть.

Сашка выдохся. Я, уже не скрываясь, снова почесался и пошел в служебный блок. По пути не выдержал, заскочил в туалет, оттянул трусы. На коже неровными контурами проступали красные пятна – побольше, поменьше. Что за хрень? Аллергия что ли? Утром какой-то новый гель у Таньки взял.

С одной стороны просматривалась дорожка белых мелких волдырей. Будто комары покусали. Блин, хоть бы к вечеру прошло. Танька заметит – сожрет. Ревнивая, как кошка, плюс беременная же. А вдруг это какая-то инфекция? В бассейне был на той неделе. Может, там цепанул? Да нет, точно аллергия… Пройдет.

Но зуд не унимался. За стеклянной стеной, отделяющей кабинет шефа, маячила грузная фигура то ли депутата, то ли еще какого высокого начальства. Михалыч стоит навытяжку, а пиджак на него орет. Звуков не слышно, но, кажется, даже стекло трясется. И капельки слюны стекают.

Пока меня не заметили, я снова ринулся в туалет. Смочил ладошки холодной водой, потер всё, что чесалось. Стало немного легче. Что за напасть? Вспомнил, что у девчонок из отдела продаж аптечка есть. Может, дадут от аллергии чего?

— Чешетесь? – вскинула бровки Настя.

Подошел к ней, потому что всегда выручала. То пластырь даст, то кофе сварит, а тут в глаза не смотрит. И лицо злое-презлое.

— К врачу надо. Мало ли что…

Вытащила из сумочки антисептик, побрызгала на руки. Стол салфеткой протерла и отвернулась. Я недоуменно уставился ей в спину. И тут что ли Гусев постарался?

Трепло. Понятно, почему Настя зверем смотрит. Весь салон в курсе, как после развода муж отжал у нее квартиру из-за ошибки в документах. Вот Гусевские сплетни и упали на благодатную почву. Теперь из женской солидарности весь отдел от меня шарахаться будет. А там и бухгалтерия подтянется.

И всё бы ничего – да почти у всех баб машины, и у их мужей тоже, и у родственников, и именно они приезжали ко мне в гараж, чтобы не платить по полной салону.

Хозяин мерседеса встретил меня неласково:

— Ты… - трехэтажный мат, - мог бы хотя бы не чесаться, когда с тобой приличные люди разговаривают!

— Уволю… Вышвырну к чертовой матери, - Михалыч, задыхаясь, выталкивал слова. – Если к вечеру не сделаешь… Всё за свой счет! Почку продавай, а чтоб всё заработало. Понял?

Я кивнул и рысцой бросился из кабинета. Михалыч подумал, что в ремзону. Но нет, я летел в уборную к единственному доступному мне средству – холодной воде.

Глава 46

Юлия

Яд, разлитый Танькой, проник в каждую пору. Не поднимая глаз, я кулем опустилась за стол, обхватила кружку с кофе, стараясь унять дрожь в пальцах.

— О, как, - беспечно отозвался Виталий. – Чудеса! Морская губка без мозгов и нейронов учит меня жизни.

— Сам ты… И вообще, чтоб через полчаса духу вашего тут не было… - крикнула Таня.

Я с равнодушным лицом потянулась к тосту, хрустнула поджаренной корочкой, еле сдерживаясь, чтобы не догнать Таньку и не плеснуть в ее гадкую рожу горячий кофе. Сильная рука обняла меня за плечи: