Книга Когда не все дома, страница 46 – Мария Болдина

Ольгу подхватило порывом бухгалтерского вдохновения и понесло: она фонтанировала высокодоходными идеями, тут же всё записывала и вдруг резко остановилась, прижала свою тетрадь к сердцу, спросила робко:

— Ты меня в долю возьмёшь?

Виктория смотрела на неё потрясённо, она ещё не включилась в составление бизнес-плана.

— Я давно мечтаю о своём деле, — объясняла Ольга.

— Свой свечной заводик?* — подколола её Вика.

Но Оля от насмешки отмахнулась, скромно заметила:

— Но я же ничего не умею, только считать.

Ничего не умеет, только просчитывает всё, прилично зарабатывает и излучает энергию, как маленький атомный реактор. Теперь хочет использовать эту энергию в мирных целях, на развитие кондитерского дела и кулинарии. Вика молчала, обдумывая такое внезапное предложение, на первый взгляд, выгодное. Подруга продолжала сыпать доводами:

— Мы же ничего не теряем, если попробуем… Такое дело можно начать раскручивать буквально с нуля, основной капитал — твои умелые руки.

— Я подумаю, — пообещала Виктория.

Ольга засияла, предвкушая интересную работу и небывалый успех предприятия. Её мысли и планы скакнули на десятилетие вперёд и вышли за пределы совместного бизнеса:

— А детей поженим. У тебя девочки, у меня старший — мальчик. Про второго скоро узнаем, но, думаю, тоже мальчик. Хоть какой-нибудь из моих твоим золотым девочкам должен подойти. Неужели я тоже буду свекровью и выклюю кому-то мозг?

Ольга почти всерьёз рассуждала о будущих браках детей, которым даже в сумме не было восемнадцати. Так далеко Виктория не загадывала. Она мечтала дотянуть до февраля, врач и интернет обещали, что уже скоро будет полегче, отступит изматывающая дурнота, появятся силы. В феврале приедет Вадим. И, вспомнив о муже, она снова взяла в руки телефон, с трудом ломая свою нерешительность.

И не так уж много неотвеченных звонков было в журнале вызовов. Дозвониться ей ни тридцатого, ни тридцать первого, ни первого Вадим не пытался. Она сменила номер, сожгла мосты, но почему-то надеялась, что муж будет настойчиво искать разговора с ней. А он, очевидно, прослушав пару-тройку раз, что аппарат выключен или находится вне зоны, поговорив со своей мамой, что-то для себя решил.

Виктория попросила Ольгу выйти.

— Ты уверена?

— Угу.

— Волнуешься?

Вика расправила плечи, села на кровати, вытянувшись в струнку, достала из кармана заранее заготовленные слова:

— Чувствую себя девочкой-снежинкой на новогоднем представлении.

— Только не растай, — предостерегла её подруга, показала крепко стиснутые кулаки, демонстрируя всем своим видом, что надо смело двигаться вперёд, и пошла гулять по коридору, не разжимая ладони, пытаясь таким древним способом удержать удачу за пёстрый жарптицын хвост.

Вика нажала вызов. Недоступен. Ничего неожиданного.

«Позвони мне, пожалуйста, сегодня или завтра вечером, или напиши. Буду ждать», — набрала она тщательно обдуманную фразу и никаких обнимаю-целую в конце не добавила. Отправила. В этот раз её слова нашли адресата, сообщение не зависло с красным восклицательным знаком, как это иногда бывало. «Пусть читает, перезванивает, а мы послушаем, что скажет», — облегчённо выдохнула Вика, она решилась, полдела сделано. Теперь надо было срочно позвонить Половцову, этому нахальному типу, сумевшему втереться в доверие к её лечащему врачу.