Книга Когда не все дома, страница 82 – Мария Болдина

Она собиралась отчитать мужа по всем статьям. Во-первых, за нервы, которые она потратила, переживая за эквилибристику без страховки. Во-вторых, за собственную ложь. И ведь предупреждали, что ей в мужья достался инфантильный эгоист в чистом виде. Для кого были устроены эти показательные выступления на виду у всей больницы? Что за желание покрасоваться?! Ведёт себя как подросток! Несерьёзный! Несолидный! А она, между прочим, почти против собственной воли назначила его отцом своей младшей дочери.

Но духу не хватило высказать всё это. Вика понимала, зачем было дано это представление: она должна была очнуться и как-то дожить до понедельника, до контрольного УЗИ, чтобы щемящей тревоге в сердце некогда было развернуться.

Когда Алексей наконец вошёл в палату, на лице у него читался вопрос. Ему, очевидно, важно было знать, о чём она говорила с Вадимом. Спросить об этом вслух Алекс так и не решился. Вика сама рассказала, что слово сказано, что Вадим уверен: Вика ждёт ребёнка не от него.

— Как-то так, само получилось… — развела она руками.

Ну и не настолько она была наивна и непрактична, чтобы не понимать: Алексей выворачивался наизнанку именно ради того, чтобы решение пришло к ней словно бы само собой. Игра, снова та самая самозабвенная и в то же время расчетливая игра, с чувствами и на нервах, в которой Алексей признался, когда делал предложение.

В воскресенье муж не приезжал, работал. И тихий день до обеда напоминал поставленный на паузу фильм. А потом прибыли Елизавета Павловна с Кристиной. Эти посетители явно не собирались нарушать неспешное течение выходного дня. Но дочь проболталась о своей встрече с сестрой Алиной, и Вика потребовала от своей мамы полный отчёт.

Как ни странно, выслушав факты и некоторые мудрые мамины выводы по ним, Вика почувствовала себя удивительно удачливой. Ей чудом удалось избежать гадостной нервотрёпки… И имя этому чуду — Алексей. Она уже почти неделю за ним замужем, и теперь Вадим для неё чужой человек, его сердечные дела её не касаются. Вика осознавала, что нельзя выкинуть из головы совместно прожитые годы. Там были любовь и согласие. И Кристина… За Кристину болела душа…

И Вика всё послеобеденное воскресенье посвятила дочери.

А понедельник предстояло отдать другой дочке, той, что ещё ждала своего появления на свет. За окном по-зимнему медленно и лениво светало. Синички ещё не прознали про кусок сала, зато прилетели какие-то дымчато-серые птицы с тонкими клювами, умеющие забавно скакать по стволу дерева вниз головой.

УЗИ ей назначили на одиннадцать утра. Кабинет был царственно просторен, окна завешены плотными римскими шторами, кушетка со стоящей рядом с ней аппаратурой терялась в полумраке. Алексею разрешили присутствовать на процедуре, и он остался стоять около двери, так и не присев на предложенный стул.

Врач, проводившая исследование, выглядела очень умной и абсолютно невозмутимой. Взгляд её из-под очков, спущенных на кончик носа, пронизывал насквозь.

— Ничего нового я не скажу. Согласна с теми результатами, что Вы привезли из района. Я рекомендовала бы инвазивное исследование. Это…

— Я знаю, что это, — невежливо перебила врача Виктория, поднимаясь и поправляя одежду. — Нет. Извините, но инвазивный тест я делать не буду. И я сдавала анализы на десятой неделе, по ним — хромосомных нарушений нет.