Книга По дороге через ложь, страница 5 – Мария Болдина

Можно ли «такоэ» сыграть? Ник очень сомневался…

Ночью он так и не смог уснуть. Смотрел, как уткнулась в подушку уставшая Ди, морщился. Хотелось разбудить девушку и нетихо так заявить ей в лицо о том, что он всё знает, понял, не дурак, и не желает быть ни случайной заменой, ни способом отомстить и помучить ещё не отгоревшую прежнюю любовь. Сдержался… Пожалел то ли себя, то ли Ди, то ли поселившихся в соседнем номере девчонок-подростков, тоже участвовавших в соревнованиях и, похоже, занявших какие-то места. Юные фигуристки по-детски шумно праздновали за тонкой стеной: радостно визжали, включали рэпчик, прыгали и топали вместе со своими гостями, как стадо слонят. Позориться перед школьницами не хотелось, выставлять себя на посмешище перед Ди он тем более не собирался. Утром у них нашелся час, чтобы погулять по городу и зайти в кафе. Ник к тому времени всё для себя решил. Не собираясь рубить хвост по частям, он назначил себе серьёзный разговор с Ди – как только вернутся в свой город, так и... Теперь разрыв этих отношений, пустых и ни к чему ни обязывающих на фоне чужой страстной любви, казался Нику разумным.

В поезде Ник подбирал в уме слова для предстоящего разговора и ощущал у себя в груди зияющую дыру с оплавленными краями. Ди, почувствовав, наконец, неладное, во время стоянки поезда, когда они гуляли по оледеневшепу и присыпанному песочком захолустному перрону, остановилась дёрнула за руку и вопросительно заглянула Нику в глаза:

— Почему молчишь и смотришь тяжко, как в немом кино.

Ник пожал плечами, но Ди не отставала:

— Давай, колись, не томи.

И Ник подумал, что так внезапно даже лучше, и спросил прямо:

— Что у вас с Артёмом?

— А что у нас с Артёмом, – пожала плечами Ди, – хореозал, лёд и тренер-зверь у нас.

— Ну что ты гонишь. Я же видел… – с нарастающим раздражением бросил Ник.

— Что ты видел? – в голосе девушки слышался упрёк.

Ник отвернулся от заданного в лоб тяжёлого вопроса, кинул взгляд вдоль платформы на здание вокзала, украшенное замысловатыми башенками с острыми шпилями, проткнувшими низкие снеговые тучи. Они стояли на зимнем ветру в лёгких куртках. Холод пронизывал до костей. Тепло притаилось за окнами поезда, там их ждали горячий чай с бутербродами и поневоле прислушивающиеся к чужим разговорам соседи. Ник снова пристально посмотрел на Ди: недоумение в девичьих глазах казалось искренним. И, с одной стороны, после увиденного на ледовой арене артистке-фигуристке веры было мало, с другой, недоверия и тотал контрол Ди тоже вроде бы не заслужила.

Нику сложно было поверить, что парень, хватавший его Ди за все мыслимые и немыслимые места, легко поднимавший её надо льдом и при этом дышавший девушке то в губы, то в…гм… живот, проделывал всё это абсолютно равнодушно. И как при этом смотрел! Так нагло, так… А когда танец закончился, то поцеловал её в макушку. Тогда, сидя на трибуне, Ник проследил, как в ответ на такие нежности Ди подняла голову и прошептала: «Спасибо!» Это можно было прочитать по губам и во взгляде! А на спец-диване, на котором положено было ждать решения судей, эта парочка сидела, плечом к плечу, и рука Артёма по-хозяйски лежала у Ди на коленке. Всё это, как неопровержимые аргументы, Ник попытался коротко высказать Ди. А та возмутилась в ответ: