Книга Отпустить 10-го, страница 222 – Хлоя Уолш

— Ее не существует.

— Вот именно. — Я потерся носом о ее нос, чмокнул сперва в обе щеки, потом в губы. — И как бы оно ни сложилось... — Я отстранился и посмотрел на нее в упор. — Как бы оно ни сложилось между нами, главное — мы вместе. Больше мне ничего не надо.

Ссора родителей набирала обороты, и я мысленно поблагодарила Бога, что мы живем в такой огромной усадьбе, иначе соседи уже давно вызвали бы копов.

В оцепенении я сидела, привалившись спиной к двери своей комнаты, и слушала поток взаимных упреков с лестницы.

Родители, по обыкновению, обвиняли друг друга во всех грехах. Все это я слышала миллион раз, однако в праздники скандалы усугублялись, и виной всему — боль.

Пустующее место моей сестры за рождественским столом словно кричало, что нам уже никогда не стать семьей.

Как бы гладко все ни шло, как бы я ни старалась.

Мне никогда не восполнить зияющую пустоту в их сердцах.

Никогда не восполнить отцовскую утрату.

— Неужели великолепная пятерка снова почтила нас визитом? — весело поинтересовалась Шинейд, обнаружив нас в пятницу вечером у себя на кухне. — Не поймите меня неправильно, я обожаю ваши милые мордашки, но разве вам не хочется для разнообразия осчастливить другую маму?

Мы озадаченно уставились на нее.

— Ясно, не хочется. — Шинейд поставила пакеты с покупками на столешницу и обернулась к нам. — Кажется, пора провести кое с кем воспитательную беседу.

— Лучше не надо. — Хью со стоном ткнулся мне в шею.

— Гибс, милый, на столе не сидят, за ним едят, — принялась поучать Шинейд. — Моя дорогая дочурка, не нужно облизывать мед со скатерти. И есть пальцами из банки тоже не надо, маленький ты поросенок.

— Нет проблем. — Тор спрыгнул со стола, поравнялся с Шинейд и принялся беззастенчиво рыться в пакетах в поисках чего-нибудь вкусненького.

Тем временем хитрюга Патрик сработал на опережение и спрятал барабанные палочки под стол.

— Спасибо, солнышко, — одобрительно кивнула Шинейд. — И на будущее, не стоит тренировать навыки ударника на моей столешнице из натурального дуба.

— Простите, Шинейд. — Патрик покраснел как рак, а Клэр буркнула «не пойман — не вор».

Шинейд переключилась на другую половину стола и, перехватив мой взгляд, изогнула бровь:

— Лиззи, милая, понимаю, тебе очень удобно на коленях моего сына-подростка с бушующими гормонами, но пожалей материнские нервы, сядь на стул.

— Да, конечно, — пробормотала я, сползая с Хью, который тихонько выругался себе под нос.

— Какие планы на вечер, молодежь? — Шинейд оттеснила бедром Тора и, выхватив из его загребущих ручонок чипсы с шоколадками, принялась разбирать покупки. — Думаете повеселиться?

Пока все оживленно болтали с Шинейд Биггс, я молча оценивала обстановку.

Злость на него я перенесла на себя и, сунув руки под стол, вонзила длинные ногти в ногу в попытке унять неутолимый зуд.

Но на этом не успокоилась: кусала щеку, пока во рту не возник знакомый привкус меди.

Тут же нахлынуло облегчение.

Граничащее с эйфорией.

Боль притупляла ярость.

Только так мне удавалось нормально функционировать.

Загнав свои эмоции глубоко-глубоко.

В следующий миг крупная ладонь накрыла мою.

Ласково, но вместе с тем твердо Хью разъединил мои руки, чтобы они больше не могли царапать плоть, — мне оставалось только подчиниться.