Книга Отпустить 10-го, страница 253 – Хлоя Уолш

— Я так тебя люблю.

— Лиз!

Вдохнув полной грудью, я стала заваливаться назад. Еще немного, и вода примет меня в свои объятия.

Однако этого не случилось.

Сильные руки сомкнулись на моем теле, увлекая меня в безопасность.

Обратно к нему.

Обратно к «здесь и сейчас».

Обратно к жизни.

После вчерашней истории на мосту я с трудом убедил Лиз поехать ко мне и сразу кинулся звонить ее маме.

К сожалению, трубку взял Майк. Как выяснилось, ему пришлось срочно вызывать врача для Кэтрин, которая слегла из-за поведения — цитирую — «главного несчастья в их жизни».

Фраза шарахнула по мне, как айсберг по «Титанику» — со всеми вытекающими последствиями, — и после бурной перепалки Майк заявил: он умывает руки и пусть Лиз в ближайшую больницу отвезет моя мама. Он в буквальном смысле отказался от больной дочери-подростка.

И не постеснялся сообщить об этом вслух.

Сволочь.

Не знаю, правильно я поступил или нет, но у меня рука не поднялась обойтись так с лучшим другом.

Проще лечь посреди дороги, прямо под колеса автомобилей, чем отправить Лиз одну в больницу.

Довериться маме было не вариант — у нее, в отличие от меня, рука точно бы поднялась.

В итоге я сделал по-своему — наплел маме с три короба, якобы Лиз поживет у нас пару дней, пока ее родители в отъезде, а сам кинулся спасать достоинство любимой девушки.

Заперев ее в комнате, я пустил в ход все инструменты из своего арсенала, дабы успокоить ее разум и насытить тело.

Губы.

Пальцы.

Язык.

Я выполнял любой ее каприз и неустанно молил Бога, чтобы она вернулась ко мне по собственной воле.

А главное — минуя принудительную госпитализацию.

Хью целовал меня, как никогда раньше.

Фактически любил языком.

Странная аналогия для поцелуя, однако по-другому не скажешь.

Он всегда любил меня поцелуями.

Каждым поцелуем.

Каждым прикосновением.

Они целиком принадлежали мне.

Он целиком принадлежал мне, точка.

— Хочу тебя. — Уже не владея собой, я оседлала его бедра и без колебаний приняла нужную позу.

Я буквально задыхалась от желания ощутить его внутри себя. Задыхалась и не могла дышать, пока он не окажется во мне.

Хотелось смеяться, плакать, кричать и биться головой о стену.

Мною овладело нечеловеческое вожделение, неутолимый голод.

Каждая клеточка жаждала, требовала большего, причиняя физическую боль.

Такую невыносимую, что я готова была упасть на колени, только бы получить желаемое.

Необходимое.

Внутри нарастала потребность находиться рядом с ним двадцать четыре часа. Впрочем, и этого мало.

Сон?

Глупости, он мне больше не нужен.

Я чувствовала себя Суперженщиной.

Неуязвимой.

Неукротимой.

И это давало невероятное ощущение свободы.

Ощущение безграничного счастья.

— Лиз, — донесся до меня страдальческий голос Хью, — надо поговорить.

— Нет. — Мои пальцы ощупывали, мяли его торс, вонзались в безупречную кожу. — Надо дальше ласкать друг друга.

Господи, какой же он красивый!

Как же хочется, чтобы он терся об меня своим обнаженным телом.

Без препон.

Без одежды.

— Лиз, — стонал Хью, не отрываясь от моих губ. Одна его ладонь стискивала мои ягодицы, другая гладила щеку. — Давай притормозим и немного пообщаемся.

— У тебя эрекция, — ответила я невпопад. Потому что не слышала ни слова из того, что он говорил. Только чувствовала его тело.