Книга К тебе на полной скорости, страница 3 – Анна Шибитова

Она никуда и не уходила.

К гаражу я добралась за сорок минут до старта. Роллетная дверь поднялась с тяжёлым скрежетом, и из темноты запахло холодным металлом, старым маслом и пылью. Лампа под потолком загорелась не сразу, мигнув дважды. Мотоцикл стоял у дальней стены под серым чехлом. Я подошла и стянула ткань одним движением. Глубокий фиолетовый. Почти чёрный в тени и густо-лиловый там, где по пластику скользнул свет. Yamaha YZF-R1, перебранная руками Севы, моего близкого друга, до последнего болта. На баке — тонкая серебристая полоска, на хвосте — царапина, оставшаяся с прошлого сезона, как напоминание о том, что асфальт никогда не прощал даже красивых ошибок. Я провела ладонью по баку. — Ну что, девочка? Пора снова сделать вид, что мы бессмертные? Проверка заняла считаные минуты: цепь, тормоза, давление, топливо. Сменила одежду на серую термуху, защиту, байкерскую куртку, перчатки и взяла чёрный шлем. Посмотрела на себя в мутное зеркало у двери. Ника — бледная, злая, с зелёными глазами, выдающими долгие бессонные ночи и постоянное притворство, будто всё схвачено. Выкатила мотоцикл, закрыла гараж. Уселась в седло, повернула ключ зажигания и нажала на стартер. Двигатель ожил низким, сдержанным рычанием. Но я знала этот звук слишком хорошо. Ни капли спокойствия, а только готовность. Глубоко вздохнула, надела шлем, опустила визор, и беспокойная Ника исчезла. Под мостом уже собирались. Услышала раньше, чем увидела: рёв моторов, смешки, выкрики, динамичную музыку из колонки и подначивающий толпу голос Давида Фролова — организатора заездов. Я свернула к площадке под эстакадой, асфальт блестел после дождя. В лужах дрожали жёлтые фонари, и Москва выглядела так, будто на одну ночь решила не притворяться приличной. Вокруг спортбайки: красно-белая Aprilla, чёрный Kawasaki Ninja с кислотными вставками, оранжевый Suzuki, рядом с которой парень в худи подкуривал сигарету, и спортивные машины. Низкая синяя Honda кружила под восторженный возглас наблюдателей. Из-под её колёс клубился серый дым от трения об асфальт. Моя фиолетовая R1 сразу притянула взгляды, как только я остановилась неподалёку. По толпе прошла волна перешёптываний. Сева стремительно приближался ко мне: высокий блондин, в полной экипировке мотоциклиста, широкоплечий, но без излишней мускулистости, с прямым носом и тонкими губами. Его руки, насквозь пропитанные машинным маслом, неоднократно возвращали к жизни байки. Он опустился на корточки и внимательно осмотрел мотоцикл. — Узнал у Давида про заезд, — сообщил он. — Довольно большой. — Кто едет? — Я сняла шлем. — Один из северных. — Сева выпрямился. — На BMW. Кличка — Князь. — Не слышала. — Значит, тебе повезло. Я усмехнулась. — Маршрут? — Старт из-под моста, — он понизил голос, — дальше через старую развязку, потом набережная, короткий участок по промышленной зоне, подъём к элеватору, спуск через сервисный тоннель и финиш у грузового терминала. Асфальт мокрый, на выходе из тоннеля колея, на набережной скользко, а у элеватора — кусок битого покрытия. — То есть, мило не будет, — отчеканила я. — Совсем нет. — Он замолчал на секунду. — Ника, если почувствуешь, что байк гуляет слишком сильно, не упирайся. Серьёзно. Скинь и выйди.

Деньги большие, но… — Но не стоят шеи? — подсказала я. Сева цокнул языком. — Да. Я посмотрела на мотоцикл, как отражался свет на мокром баке. — Для кого как, — прошептала я. Сева тяжело вздохнул. Позади него подкатил BMW и остановился — бело-сине-красный пластик, слишком чистый и дорогой для этой грязной ночи. Соперник снял шлем. На нём чёрная балаклава, открывающая только разрез тёмных глаз. Мужчина подошёл ближе. — Так вот ты какая, — отчеканил он. — А я думал, Ведьма — сказка для новичков. — А я думала, Князь будет поумнее имени, — съязвила я. Сева фыркнул. — С характером, — отметил Князь. — Хорошо. Не люблю скучные заезды. — Тогда тебе повезло. Он задержал взгляд на моём байке. — R1? Смело. — BMW? Предсказуемо. Князь чуть наклонил голову. — Надеюсь, ты выехала не ради красивого появления. — А ты — не ради красивых слов. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, затем Князь развернулся и пошёл обратно к своему мотоциклу. — До финиша, Ведьма, — бросил он через плечо. Внезапно меня прошибло. Прозвище, которым прозвали в кругах, стало альтер эго. Я надела шлем и застегнула ремешок. Мир снаружи стал приглушённым и далёким. Различные голоса слились в кашу, а музыка провалилась под бетон. Внутри остались только моё дыхание, пульс и ровная вибрация мотоцикла между коленями. Мы с Князем остановились у линии старта. Девушка вышла между байками и подняла руку. Я положила пальцы на сцепление, и внезапно в голове прозвучал мамин голос: «Прошу тебя, не погибай из чувства долга». Я на секунду прикрыла глаза. — Извини, мам. Рука девушки резко опустилась, и мы сорвались одновременно. Старт на мотоцикле всегда жёстче, чем на машине. Никакого комфорта — только скорость, ветер и ощущение, что тебя сейчас выкинет из седла. Моё переднее колесо чуть приподнялось, и байк рванул. Под мостом слышался шум моторов. Князь сразу вырвался вперёд на полколеса. Я не стала сразу за ним гнаться, просто села на хвост и изучала: как поздно он тормозил, как сильно наклонял байк в поворотах и как резво газовал на выходе. На развязке Князь ехал агрессивно — быстро, широко, уверенно. Его байк легко держал мощь, и на прямой он получил преимущество, с которым спорить было бы глупо. Но ведь гонку не выигрывают только за счёт мотора. Особенно ночью, и уж тем более на мокрой дороге. Первую длинную дугу я прошла ближе к бордюру и сократила отрыв. На набережной ветер налетел сбоку, руль дёрнулся. Фонари размазывали свет по влажному бетону, река слева, за низким ограждением, выглядела чёрной, а асфальт блестел так красиво, будто не пытался убить тебя. Князь обернулся, чтобы убедиться, что я всё ещё позади. Я была, и даже стала ближе. Он прошёл поворот у старого склада идеально, плавно и широко, а я зашла в него резко, более агрессивно. Фиолетовый нос моей R1 мелькнул рядом с его плечом. Князь тут же сместился, и я усмехнулась под шлемом. Значит, заметил и следовательно, не так уж и спокоен. Дальше началась промзона — с редкими фонарями, пустая. Звук моторов слышался насыщенней, отскакивая от контейнеров. Мы ехали слишком близко. На мотоциклах это ощущалось иначе.