Книга Миттельшпиль, страница 220 – Шеннон Макгвайр

Ее взглядом можно расплавить металл.

— И пошлем полицейских на смерть? Ты точно этого хочешь? – Эрин невозмутимо встречает ее взгляд. – Это при условии, что они вообще найдут нужный дом. К этому моменту вокруг Ли точно горят Руки славы, и они скрывают все пространство вокруг. Она не любитель. Она научила меня всему, что я знаю, но, как говорится, не всему, что знает она сама. Она – чудовище, которое пытается заманить тебя в свое логово, и мы не можем тебя отпустить. Мне жаль. Если мы потеряем тебя, все пропало.

— Она не чудовище. Она женщина. Женщины смертны.

Эрин качает головой.

— Ее собрали из дюжины трупов. Половина ее костей покрыта защитными рунами, и они надежно спрятаны под кожей, а тому, чего не видишь, нельзя противостоять. Алхимик, который создал ее, погиб от руки Рида, поэтому никто из ныне живущих не знает всех хитростей, которые есть у нее в запасе. Она опасна. Смертельно опасна. Если ты хочешь остановить ее, если хочешь отомстить за своих родителей и все исправить, насколько это возможно, ты должна проявиться. Я не знаю, как еще мне нужно это сказать. Ты должна найти сердце той страны, в которой мы сейчас находимся, неважно, это страна Жевунов или Гиацинтов, и привести нас туда, пока еще не слишком поздно.

Доджер смотрит Эрин прямо в глаза.

— Когда все это закончится, – говорит она совершенно вменяемым голосом, – я уйду и больше никогда не заговорю ни с одним из вас.

— Посмотрим, – говорит Эрин. – А сейчас подумай, что будешь есть. Тебе понадобятся силы.

Лента времени: 4:13 PDT, 17 июня 2016 года (тот же проклятый день)

Их полуночная трапеза тянется уже очень долго (на самом деле еда оказалась на столе где-то после часа ночи: это переходное пространство между ночью и днем изобилует неверными терминами и неточностями). В какой-то момент Эрин смотрит на настенные часы и говорит:

— Электрички начали ходить. Нам пора.

— И куда нам пора? – спрашивает Роджер. – Мы не знаем, куда идти. Ясно только, что где-то там нас ищет убийца, а мы всю эту чертову ночь сидели в ресторанчике и ели яйца, вместо того чтобы спасать свои жизни.

— Яйца тоже могут спасти жизнь, – говорит Эрин. Затем переводит взгляд на Доджер. – Если хочешь узнать, куда нам идти, спроси свою Девочку-ворону. Она единственная, кто может нас туда отвести, если начнет играть с нами заодно.

Доджер уже несколько часов не говорит ни слова. Она пристально смотрит на Эрин и продолжает хранить молчание. Эрин вздыхает.

— Будешь дуться – это их не вернет, а вот мы можем погибнуть. Роджер, вразуми свою чертову сестру.

— Это похоже на пауков, – говорит Доджер. Роджер и Эрин замирают. – Когда он отдает приказ, который я не хочу выполнять, такое ощущение, что у меня в мозгу пауки, и я не могу сказать «нет». – Доджер практически выплевывает каждое слово. – Неважно, насколько сильно я не хочу этого делать, я должна, потому что он так говорит, и тогда кажется, будто у меня в мозгу копошатся пауки. Это ты сказала ему это сделать. Ты заставила его использовать меня как марионетку.

— Додж… – начинает Роджер.

— Не думай, что ты тут ни при чем, – перебивает она. – Она сказала тебе это сделать, но она – не ты. Ты не обязан ее слушаться, как я обязана слушаться тебя. Так что ты тоже вляпался по уши.