Книга Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник, страница 433 – Николай Дронт

Что-то его величество меня неправильно понял.

Буквально через четверть часа подошёл дворцовый служитель и спросил распоряжений по поводу ключа. Я послал его к Кидору. Домой приехал, домоправитель уже там. Гордый, довольный пуще того раза, когда я бомбарды захватил. Сказал, что ключ отдал и сам сопроводил. Дом сочли годным для встречи государя… э-э-э… для работы с бумагами. Просили временно туда не приезжать, разве его величество прикажет. Впрочем, и не пустят – там уже телохранители разместились. Наши вещи сегодня за ночь соберут, а с утра сюда отправят. Кидор был просто счастлив.

Картограф меня дождался. Он же в кабинете общую карту вычерчивает, сводит все источники в один. Многое уже сделал, сейчас спрашивает: надо ли указывать про лично им обнаруженный проход. Понятно, велел указать, ну и наградил за службу.

С утра опять закрутился. Еженедельный приём, как всегда, прошёл с пышностью. В конце вызвали вдовствующую графиню Криту Вулфстейн с прошением. Государь на неё еле взглянул, но пообещал разобраться с просьбой позже.

Мне графиню представили до приёма. Что могу сказать? Молодая, довольно пикантная брюнетка. Не сказать, что безумно красива, но вполне хороша, обаятельна, и есть в ней какая-то изюминка. Добавьте несколько лет светской жизни с десятком фунтов веса, и она вполне может стать женщиной-вамп, разрушительницей мужских сердец.

Судя по разговору, умна. Когда шепнул ей на ушко: «Возможно, его величество захочет вечером поговорить с вами приватно», лицо женщины просветлело, а глаза вспыхнули надеждой. Потупив глазки, она тихонько пообещала: «Барон, я никогда не забуду вашей услуги». Может, действительно не забудет, а может, и наоборот. Посмотрим.

После приёма к ней подошёл барон Огинский, но ничего не успел сказать. Перед ними мгновенно вырос дворцовый служитель и сообщил:

— Ваше сиятельство, извольте пройти за мной в канцелярию. Его величество, возможно, сможет найти время лично рассмотреть ваше прошение.

Растерянный Никол остался в одиночестве. Я наблюдал эту сцену, стоя чуть в отдалении рядом с канцлером, тот просил меня прислать несколько лавандовых зелий. Он тоже видел это и шепнул мне:

— Королева и так никогда не любила барона, а сейчас будет просто в ярости. Привести прямо на приём женщину, чтобы устроить ей смотрины у его величества! Это каким же наглым надо быть!

— А что, Огинский её привёл?

— Да! И самое пикантное, что через канцелярию государыни. Подавал прошение о воспомоществовании в связи с геройской смертью её мужа.

— Что вы такое говорите! Вот никогда бы не сказал! Часом раньше барон мне представил графиню, но я и подумать не мог…

— Стах, у вас нет опыта придворной жизни. Он приходит со временем. Огинский хочет занять место покойного Куклита, но у него нет ни чуткости, ни такта Влада. Как так можно – прилюдно, на приёме… Ладно как-нибудь в театре, на прогулке или ещё где, тогда её величество даже не стала бы замечать такое. Но столь скандально… Государыня просто не может не отреагировать на публичную пощёчину.

— А его величество?

— Все мы, мужчины, по сути своей обязаны помогать слабым женщинам. Думаю, прошение государь удовлетворит, но долго связь не продлится. Да графине многого и не надо. Ей будет достаточно мимолётного знака внимания короля, чтобы быть принятой в свете.