Книга Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник, страница 434 – Николай Дронт

— А потом?

— Конечно, после его величества многие высокие чины захотят покровительствовать графине. Опять же, она молода, симпатична, не рассчитывает на брак. Думаю, её жизнь будет вполне устроена на многие лета вперёд. А вот Огинскому за такое принижение королева ответит. Ей просто нельзя спускать столь публичную демонстрацию. Раз простишь, другой, затем слабой сочтут, начнут пропускать в дворцовых раскладах.

Поучив меня уму-разуму и услышав обещание прислать дюжину просимого, канцлер ушёл по делам. А я задумался. Получается, ненароком подставил безопасника. Да и с королевой как-то неудобно получилось. Впрочем, что сделано, то сделано. Как говорят наши друзья людоеды, пожуём – увидим.

В течение дня слухи об обиде королевы ширились и крепли. Огинский забежал ко мне, стал оправдываться, что он не планировал свести графиню с королём. Это получилось случайно. Тут я проинформировал, что у меня служитель попросил ключ от дома в Писарском переулке. Понятно, я не смог отказать государю. Оказывается, про возможное проживание там Никол сам рассказал графине, а она решила воспользоваться случаем. Главное, к ней сейчас подойти для инструктажа нельзя. Она под надзором телохранителей, а те немного по другому ведомству. И что делать, непонятно. Барон сейчас просто просится на жанровое полотно под названием «Что такое не везёт» или «А я хотел как лучше».

Уже к концу дня Неста прислала мне сундучок с тремя серьёзными книгами по магии и письмо с просьбой завтра встретиться для серьёзного разговора. Почему бы и не встретиться после такого весомого знака внимания! Ответил, что готов к разговору, но если он действительно серьёзный, то лучше не во дворце.

На следующий день после приезда на службу меня дёрнули к государю, и тот сразу стал отчитывать:

— Тихий! Вот в кого ты такой гадкий мальчишка? Отец – почтенный человек, мать – строгая дама. А ты? Э-э-э… Ходок, понимаешь… Гулёна! Не зря о тебе девки в клубе легенды складывают. Какую ты мне развратницу подсунул! Где только нашёл! А ведь по виду и не скажешь. Уж на что актрисочки, но твоя протеже их всех за пояс заткнёт. Извини, тебя не спросив, я ей твой домик подарил. Ты там не появляйся, если что нужное осталось, слугу забрать пошли. Ух, какая она в постели! Пенсион от казны за мужа назначил. Сам понимаешь, теперь ей твоим секретарём быть не стоит, лучше пусть идёт по благотворительности. Я распорядился. Вот, возьми пустячок за старание…

Он сунул мне в руку золотую табакерку с нюхательным табаком. На крышке эмалью нарисована его парсуна. Очень престижная вещь. В статусных подарках её ранг один из высших. Сделав ещё несколько милостивых замечаний, его милость меня отпустил. В моем кабинете служитель указал на появившуюся крепкую шкатулку.

— Приказано за дом отдать. Только для порядка, ваша милость, извольте подписать передаточную запись.

Бумага, против всех правил, была уже заверена печатью, хотя моей подписи ещё не было. В ней говорилось, что барон Стах Тихий передаёт свой дом в Писарском переулке вдовствующей графине Крите Вулфстейн. Всё! Больше никаких подробностей и, упаси боги, упоминаний о деньгах. Чай, не купцы мы, грошами считаться. Передал и передал, почему и зачем, нам самим ведомо. Я монеты в шкатулке тоже пересчитывать не стал. Государь не обидит.