Книга Гремучий Коктейль 6, страница 2 – Харитон Мамбурин

— Только уточни, с чего начинать. С Томилина этого проклятого, или с того, кто на мать напал… — хмуро попросил сын.

Мать он не любил, как и не должны были её любить и младшие. Мария Харитоновна не раз ходила по краю в своей жажде влияния и власти, но кроме залетов императрицы перед мужем было еще множество факторов, показывающих, что матери глубоко плевать на своих детей. Принцесс она так вообще, чуть ли с колыбели забрасывала и забывала. Но вот прозевали, чем-то она Николая прямо хорошо держала…

— Давай с матери. Что узнали? Почему она в той берлоге сидела? С кем сидела? Чего хотела? С кем виделась? — отрывисто набросал задач отец, помогая принцу сконцентрироваться.

— Говорят, что лечилась. Уединилась, считай, да призывала к себе врачей. Врача. Адестана ле Кьюра, известного волшебника, специалиста по проклятиям и недугам. Его мы там и нашли. Еле опознали. Остались от волшебника только рожки да ножки. Но тут, отец, есть загвоздка немалая.

— Да? В чем?

— Помнишь, тебе докладывали, что дом у Дайхарда взорвали? Покушение мол, было. Так вот, за дело взялись как Томилин, так и мои дознаватели. Полковника, всё-таки, убить хотели. Довольно быстро выяснили, что таким интересным образом уже несколько домов были по миру взорваны. Магическим образом. Из магов-гастролеров у нас в Петербурге пятеро было проездом, включая ле Кьюра, так что…

— … думаешь, что мою жену Дайхард упокоил? — тут же сложил два и два Петр Третий, — В отместку?

— Да всё показывает на него, — с досадой развёл руками Андрей, — К поместью пришли двое в доспехах этих силовых, начали стрелять. Один был с Резонансом, второй с автоматом. Перебили всех, проникли в подпол, откуда там защита серьезная? Мать и ле Кьюр даже не знали, что наверху творится. Волшебника в фарш, её в… это, не пойми что, а затем ушли. На каком этапе появляется Матвей, непонятно, но то, что он до сих пор в живых — вряд ли. Егеря определили, что напавшие уехали на его мотоцикле, но и то куда-то в сторону Финляндии, на дороге след исчез, конечно. Ну а что дела нет, так кровь же есть на траве. Нашли.

— Ни Матвея, ни его железяки. Значит, там был Истинный… — задумчиво пробормотал государь.

— А Истинный, да еще и убивец редкий, у нас, батя, всего один. Да и в мире, может быть, тоже.

— Думаешь, его подставить хотят?

— Нет, отец. Мне Кейн по душе, да и Кристина, чтоб ты там не говорил, мою шкуру уберегла, но до такого бы только Крутов додумался, а насчет него Дайхард был прав тогда на приёме — ни хрена князь не мог в плане чистой силы. Ни наемников, ни ума, ни соображения. Он в своих махинациях ублюдка постоянно задействовал — Михаила, а там вообще обычный лоботряс, каждый второй простолюдин лучше. Так что нет, это может быть только Кейн.

— Только Кейн, да…? — дёрнул щекой император.

— Только он. Что мотив, что возможности, что алиби. Мать, конечно, сама доигралась, но…

— Ну и… что делать будем, как думаешь?

Принц глубоко задумался, не обращая внимания, как его отец эгоистично наливает сам себе. Вопрос был очень и очень интересный.

— Вот если бы он мать, ну, такую вот, не оставил… — наконец, протянул Андрей, — … тогда б я сказал, что Дайхарда нужно упокоить. Но он оставил. Мотоцикл забрал, тело Матвея забрал, а мать оставил. Почему? И как он вообще подобное сотворил?