Книга Гремучий Коктейль 6, страница 70 – Харитон Мамбурин

Это был пир на треть района. Конечно, приглашены были лишь люди с определенным оттенком кожи, никак иначе, а из-за того, что свидетелями стали слишком многие, ни одна банда или содружество не успели утащить угощение себе. Оно было поделено на всех. Пробующие были в восторге — такое сладкое, жирное и ароматное мясо! А сало!

В это время маленького Петра уже везли в порт, собираясь отправить на историческую родину. Его взял под крыло один весьма специфический деятель, которому понравилась решимость ребенка, способного рискнуть жизнью, чтобы доставить начиненную алхимическим ядом на основе свинца свинью прямо к месту её будущего потребления.

— Но это было не то, Кейн… Совсем не то. Понимаешь? — пьяный человек, устроивший в девять лет массовое побоище, дирижировал пальцем в воздухе, — Я совсем не сразу понял, что не то. Лет в двадцать пять только, когда немного мозгов в голове завелось. Мучило, грызло что-то изнутри. Вот как мстить, когда всех грохнули еще до того, как я эту свинью на телеге вообще увидел, а? Как? А ведь надо. Сердцу не прикажешь. Меня не отпускали сюда, хоть и старался, только недавно генеральный директор рукой махнул. Слишком уж в Питере горячо стало для Пети. Ну вот и прибыли, да. А когда я узнал про Кулинара…

Профессиональный убийца увидел уязвимое место. Убей лидера, организатора, офицера — и агрессивная толпа бывших подчиненных растеряется, не успеет среагировать на тех, у кого давно в печенках сидят их движения.

Что делать ребенку, как не прибегнуть к помощи других? Что делать взрослому, когда перед ним цель, в сотни и тысячи раз превышающая его возможности? Искать уязвимое место. Где не справится пистолет, где не достанет яд, там пригодятся воздушный шар, авиабомба, да приятель, настолько же отмороженный, как и ты.

— Теперь моя душа спокойна, Кейн… — отсалютовал мне бокалом ухмыляющийся как павиан бандит, — Но! Кажется, я уволен! Без выходного пособия. Так что, если ты, друг мой, не найдешь мне заделье, чтобы я отдал тебе должок, то подлечусь и отправлюсь в Африку! Только откопаю ухоронку с деньгами…

— Тебя там кто-то ждёт? — погладил я залезшего мне на колени кота.

— Да, — кивнул бандит, — Сафари.

У Кристины, совершенно справедливо величаемой её мужем «Её Тернейшество», всю жизнь были определенные сложности с экспрессией собственных эмоций. Девушка, вынужденная постоянно иметь дело с насмешками, вызванными репутацией её семьи, всегда вела себя на людях холодно и отстраненно. В этом еще совершенно не помогало то, что её выбрал гримуар «Короля Терний», делая ответственной за будущее угасающей семьи. Родители девушки вспоминали каждый из дней, в которые замечали её улыбку. Вспоминать, особо, было нечего.

Оказывается, что не самый дурной муж, ребенок, да еще и две с лишним сотни подопечных юного возраста вполне могут слегка согреть даже ледяную королеву. Кристина пусть и не выбежала на встречу выходящим из портала Азовых родственникам, но улыбнулась настолько широко, что Елена Аркадьевна охнула, цепляясь за руку обомлевшего мужа, а Тимур Игоревич Тернов, средний сын достойного семейства, самым неаристократичным образом раззявил рот, застыв прямо в портале и получая за это пинок от младшего Аркадия.

Тут уж и сама виновница шока и удивления заспешила навстречу любимым родителям, окончательно ломая им шаблоны.