Книга Крушитель, страница 111 – Харитон Мамбурин

Следующая череда атак еще серьезнее. Тварь, фильтровавшая ранее наши совместные идеи, догадывается, что я занимаюсь методичным ослаблением её собрата, целенаправленно контратакуя тратящего внутренний ресурс кистомеи. Это побудило его начать атаковать куда энергичнее, пытаться достать меня с воздуха, даже попросту сбить с ног телом, выстреливая им с помощью хвоста. Я невозмутимо уворачивался, продолжая насиловать собственное тело. Насекомые были быстры и неутомимы, предсказуемость их поведения в бою лишь частично помогала мне избегать опасных ударов. Десяток секунд, и они вновь отпрыгивают под стрекотание, раздавшееся из динамиков. Я стою, тяжело дыша, в окровавленной и частично разодранной одежде. Они используют кромки своего хитинового корпуса как оружие…

Стрекот от нужной мне твари, раздавшийся в ответ на запрос Корабля, громкий и короткий. Как приказ. Расшифровывать тут нечего, Корабль, как и Томас Андерс — скомпрометирован. «Воин» выше. Идеология, поставленная выше интеллекта.

Новая сшибка, почти молниеносная, оставляет меня с торчащей в бедре ножкой насекомого, одной из тех, на которых они перемещаются по горизонтальной поверхности, и новым «стеканием по стенке» уже помятой твари, двигающейся почти в два раза медленнее своего целого собрата. Последнего я запускаю в скольжение, вынуждая обвиться вокруг одной из опор, на которых стоит один из их транспортов.

— Кирью-сан! Я вынужден требовать от вас прекратить сопротивление! — не выдерживает Корабль, вызывая короткий яростный стрекот «воина», уже стоящего на ногах, — Иначе я буду вынужден применить меры, о которых говорил ранее!

Вздыхаю, распрямляясь и опуская руки.

— Как скажете, я прекращаю сопротивление.

Короткий ответ. Резкий. Быстрый. Ломающий все алгоритмы и шаблоны Корабля. Тот не просто в замешательстве, а в панике, его аналитические центры должны плакать сейчас кровавыми слезами, но он ничего не может сделать. Компьютер, лишенный права решать, с обрезанной инициативой, закованный не только в догматы, но и в ограничения «воина».

Воина? Нет. Дрона. Осиротевшего боевого дрона, действующего вне роя. Без королев, инженеров, без внятного руководства. Одинокого. Погруженного в абсолютно чужеродную среду, которая отравила не только низших человекообразных слуг, но и компьютер, управляющий кораблем. Он цел, его ресурс полон, но задача не завершена, машина настаивает, что продолжать опасно. Однако, машина уже испорчена, она может ошибаться…

Тем не менее, дилемма недостаточно острая, чтобы вызвать серьезный внутренний конфликт. Нужно лишь ликвидировать одну особь. Они сделают это вдвоем, ровно так, как и начали это испытание. Почему? Потому что они оба «воины», они равны. Если он, задержавшийся, успеет к своему израненному собрату с выработанным ресурсом, уже почти занявшему позицию для прыжка. Жертва, кстати, начала двигаться, так что он успевает…

Да, он успел. Обе твари, совершенно невидимые мной в обычном зрении, прыгнули одновременно, совершенно синхронно, но целя в разные точки. Раненый выбрал грудь, целый чуть выше, шею и голову. Это позволило мне, рухнувшему на колени, впечатать «джигокукен’с левой руки прямо в центр головогруди искалеченного, в последний раз отшвыривая насекомое в стену и, одновременно с этим, точно также, снизу вверх, пришлепнуть ладонью того, кто был мне нужен, вздёргивая 'воина» над головой… и выпуская еще один заряд Ки.