Книга Крушитель, страница 113 – Харитон Мамбурин

Уже не по Сценарию, если я всё правильно понимаю, но человечество по-прежнему представляет само для себя большую угрозу. Разумеется, это можно было бы игнорировать, мне хватит дня или двух, чтобы найти космический челнок кистомеи, который сможет доставить меня и моих близких на мою орбитальную станцию… но я не вижу причин, почему бы не попытаться всё исправить.

Несколько минут медитации вполне хватает, чтобы из космоса прибыл еще один «метеорит», совсем маленький и даже нематериальный. Шаровая молния «консервированного» Ки, выжатого мной из подельников Соломира Хатша, будет использована, чтобы превратить труп одного из «серых» в пепел, который, взвившись в воздух, составит вокруг меня облик слегка измененного Томаса Андреса. В нем я и войду в переговорный центр этой базы, вызвав шумиху на всё еще работающих мониторах. Те, с кем общались «серые» до этого, прекрасно видели, как они все подохли.

Моё появление — большой сюрприз и большое облегчение, что вызывает гомон на большинстве мониторов. Минута за пультами позволяет мне понять, как объединить весь зал в одну огромную конференцию, что я тут же и проделываю. Теперь можно приступать.

— Прошу прощения за неудобства, господа, — ровным тоном сообщаю я информацию десяткам людей, — У нас возникли некоторые проблемы. Кадровые перестановки. Теперь я остался один и, со своей позиции, заявляю, что снимаю любые требования, угрозы и условия, которые вам были выставлены ранее, но также не смогу выполнить никакие взятые на себя обстоятельства. В виду кадрового дефицита и того, что планирую застрелиться сразу после нашей беседы. А теперь, используя такие вводные данные, предлагаю вам всем, с моей помощью, разумеется, попытаться спасти мир. Думаю, нам понадобятся русские и американцы, эти две нации имеют большой опыт в урегулировании международных проблем. Вопросы?

Гвалт, поднявшийся на экранах, едва не заставляет меня улыбнуться.

Едва.

Токио, район Аракава

Шесть дней спустя

Он ждал меня там, где условились. Стоял, небрежно прислонившись спиной к стене дома. Модная одежда, руки в карманах, вечная ухмылка на лице, бывшем объектом воздыхания всех школьниц, начиная со средних классов. Подойдя едва ли не вплотную, я навис над ним башней. А ведь когда-то были почти равны ростом…

— Значит, ты всё-таки жив, — озвучил наблюдение Рио Коджима, мой первый и лучший друг, не прекращая ухмыляться.

— А ты думал иначе? — осведомился я, пытаясь сохранить невозмутимый вид.

— Тебя нафаршировали пулями, — сделав вид, что задумался, сообщил мне «грязный блондин», — В том числе и в голову. Я сам видел.

— Пришлось постараться. Ты представляешь, какая слабая пороховая навеска у патронов «инграма»?

— Можно воткнуть в тебя нож? Я хочу проверить наверняка.

— Конечно можно. Но я потом приложу тебя техникой «нового начала». Она, помнится, тебе очень понравилась. Интересно, что скажут твои модели при виде лысого красавца восемнадцати лет от роду?

— Ничего, что им не предписано контрактом. Я, в отличие от отца, не такой добрый.

Пустой разговор, треп, болтовня. Но за ней скрываются эмоции и их удивительно много с обеих сторон. Это… наверное, открытие. И для меня, и для него.

Мы идем по Аракаве. Зеленой осенней Аракаве, вечно сонному и тихому району, где никогда не случается ничего опасного. У этой земли есть защитники, которые её охраняют. Они настороже.