Книга Крушитель, страница 14 – Харитон Мамбурин

Первым упал тот самый парень, кому Мана в начале ударила по горлу. Так и не отойдя от этого резкого удара, он закашлялся после неудачного рывка, сгибаясь в поясе. Девушка, тут же улучив возможность, припала к асфальту, пропуская над собой аж два хай-кика, а затем «выстрелила» своей длинной ногой, попадая пяткой точно в макушку согнувшегося. Коротко всхрапнув, боец выбыл из боя.

Осталось пять. Точнее четыре, потому что второй наказал себя сам, решив повторить высокий удар ногой. Мана, вцепившись ему в пятку, плавно и быстро потянула конечность на себя и вниз, вынуждая молодого человека обрушиться всем своим весом на неподготовленный шпагат. Вдобавок, как будто ради насмешки, еще двое, налетев на уже заоравшего от боли парня, упали рядом с ним, одарив последнего парой непреднамеренных пинков.

Сложно Мане стало после того, как она сцепилась со следующим, прилагающим максимум усилий, чтобы обездвижить чересчур юркую противницу. Новоявленный хост, провалив свой рывок, получил от моей жены опасный удар локтем в висок, но вместо того, чтобы упасть совсем, лишь рухнул на колени, вцепившись в неё, сковывая движения. Мане пришлось откинуться всем весом назад, а затем, подгадав момент, ударить обеими пятками в лицо потерявшему адекватность противнику, буквально использовав его как трамплин для собственного прыжка-падения, разорвавшего дистанцию с двумя из трех оставшихся на ногах.

Только с двумя. Третий, порядком разозленный и взбудораженный, показал Мане каково это — быть пинаемой, лежа на земле. Спустя три полноценных удара, нанесенных в быстрой серии, моя супруга показала бойцу, каково это — получить строго акцентированный удар кулаком снизу вверх по половым органам. Затем она вскочила, стряхнула кровь с ладоней, и приготовилась к настоящему бою.

Двое — не шестеро. Теперь «надевшие черное» друг другу не мешали. Это бы им даже помогло, у них на лицах было написано, что сейчас они уже порядком побитую девушку оприходуют… только Мана никогда не была обычной девушкой. Вместо того, чтобы снова начать маневрировать, она отскочила к парню, нянчащему свои гениталии, а затем прописала ему футбольный удар ногой в голову.

А затем еще один.

Когда товарищи поверженного, заорав от негодования, кинулись к ней, она ринулась им навстречу в прыжке, лягая ногами… воздух вместо вовремя отдернувшегося типа. Однако, это была уловка для того, чтобы выплеснуть немного крови, собранной в ладонь, в глаза другому бойцу. Приземлившись на мягкое, то есть на ударенного в пах хоста, Мана подсекла ногу оттирающего глаза парня, а затем, резко провернувшись мощно хлопнула той же ногой по бедру его увертливого товарища, «отсушивая» ему конечность. Внеся разброд в короткий ряд выживших, она, пусть и с надрывом, но расправилась с ними, вовсю используя удары коленями и локтями.

— Счет шесть-ноль! — оценил я достижения супруги, — Полегчало кому? Ну, если нет, то это всё, что мы могли для вас сделать.

Почему-то мне никто не ответил, но было плевать. Я занимался повреждениями Маны. Несколько ссадин, стёртая кожа, потревоженные внутренние органы, множество микроразрывов мышц. Ничего особенного, к вечеру уже всё забудется, благодаря лечению Ки, которое я уже начал, снимая неприятные ощущения.

— Цена вашего прохладного отношения к собственной жизни, — заключил я, не особо обращая внимания на то, что слышат меня максимум трое из шестерых, — Вы съели Снадобье, но даже не удосужились понять, что такое жизнь «надевшего черное». Стали просто безмозглым мясом с красивой мускулатурой. У простых женщин и то больше отваги и решимости, чем у вас. И это я говорю не о той, кто вас победил.