Книга Грешник в сутане, страница 18 – Харитон Мамбурин

Живые мертвецы — тут все куда хуже. Эти товарищи особи редкие, их делают колдуны вуду для того, чтобы те им служили, но выходит по-разному. Такая тварь не ест, не пьет, живет вечно, но очень зависима от жертв, приносимых колдуном. Уже звучит сверхъестественно донельзя, но есть фатальный недостаток: гаитянское колдовство как-бы «замораживает» зомби во времени, поэтому, если мертвец получает повреждения, а он их получает, как и любой мешок с мясом, — затраты на его существование возрастают серьезно. Даже пуля в задницу заставит такое существо начать истекать силой едва ли не быстрее, чем из разрезанной артерии.

Вот так обстоят дела в этом мире. Это в моем предыдущем из портала могла появиться тварь, способная запросто сожрать дивизию егерей при полном обмундировании, в этом же страшнее человека не было ничего. Ну, разве что высокий и толстый оборотень, способный стать волком или ягуаром за сто килограммов весом, это да.

Через неделю (и несколько приступов диареи) мы вновь стояли на автобусном вокзале. Похудевшие, если не считать Широсаки, которой было некуда, в застиранной дешевой одежде, потерявшей большую часть красок, и значительно сблизившиеся друг с другом, по крайней мере, эмоционально. Душная жара вынуждает держать тело максимально дышащим, так что, проведя неделю полуголыми в одной комнате за вялыми бессвязными разговорами, мы даже слегка друг к другу притёрлись.

— Нам нужно жилище, оружие и заработок, — весомо проговорил Марий, напяливая на голову копеечную кепку, купленную у ближайшего стенда, — Предлагаю решать эти вопросы последовательно и быстро.

— Нам нужно поесть нормальной еды! — японка, хлопая белесыми ресницами, попыталась сделать требовательную физиономию, — Я уже забыла её вкус!

— И машина. Нам потребуется машина, — это уже была вампиресса.

— Мне нравятся ваши амбиции, господа, — поправив очки, ухмыльнулся я, — но начать лучше с малого. Сначала, например, сесть в автобус. А затем…

— Затем⁈ — тут же влезла лисица, — Поесть⁈

— Нет. В отель.

— Ура, кондиционер! — тут же воодушевилась егоза, победно вскидывая руки.

— Не думаю… — протянул уже кое-что понявший в этой жизни Гритт, — Кажется, это будет очень дешевый отель…

Я лучезарно улыбнулся дамам. Те напряглись, переглянувшись, но ничего не сказали. Некогда было. Подошёл наш автобус и мы, наконец-то, отправились в Город Прекрасных Дев, Апсародай.

Многого я об этом месте не знал, несмотря на то что Интернет был моим единственным и любимым другом во время обучения. Наверное, благодаря ему я так никого и не убил за все годы своей скучной, серой и гадкой жизни, но вот просвещению уделял не так много времени. Меня зачаровали фильмы и книги. Наверное, будь у меня не планшет, а полноценный компьютер, то вообще вырос бы отбитым гиком, но такого курсантам не полагалось. Тем не менее, кое-что я знал.

Апсародай — город контрастов, это выражено во всем, кроме языка. Английский здесь правит бал. Современнейшая контрольная система еще в аэропорту предоставляет всем, прибывающим сюда, подобие паспорта, служа одновременно удостоверением личности, правами, дебетной картой местного банка, никогда не задающего вопросов о доходах. Электроника, повсеместный «вай-фай», электроскутеры и грузовые дроны, витающие над улицами, запросто сосуществуют с рикшами, мазаными глиняными халупами, домами, построенными в пятидесятых, а также ржавыми мачете у местных бродяг. Улицы города разнятся от утоптанных грязевых дорог на окраинах до прекрасно асфальтированных шоссе в других местах… в тех, где высятся небоскребы, на которых есть огромные уличные экраны.