Книга По сложной прямой, страница 109 – Харитон Мамбурин

В ответ на меня посмотрели сложным нечитаемым взглядом, а затем сказали, что в принципе имеют половой орган, на котором подобные предложения вертят. И не просто так, а еще и потому, что наши силы столь различны, что ни о каком взаимодействии на поле боя речь идти не может, так что шёл бы ты, Витюша, отсюда, а Юленька как-нибудь сама разберется, чем ей заняться. Ну, конечно, это было быстро и в других терминах, но плюс-минус такой вот смысл.

— Ты сам говорил, что я — не женщина, — завершила свой логический экспромт Палатенцо, — И не живая. Это верно. Но я хочу это исправить.

— Рискуя жизнью? — проглотил я слово «существование».

— Эмулировать половой акт было бы интереснее, — пожала плечами полупрозрачная блондинка, — Но ненамного.

— Ох…, — махнул я рукой, — Выживем — хоть обэмулируйся, надоело.

— Я запомню, — самым серьезным образом кивнула эта… эта…

Плюнув, я превратился в туман и отправился подальше от этой безумной девчонки. Разбираться с её и своими домыслами, когда ситуация уже полностью скатилась к жопе, занятие безблагодатное. Сейчас время совершенно для другого.

Вариантов для действия у меня было немного — лишь прорваться на этаж выше, который, скорее всего, окажется сквозным и даст куда больше маневра. При этом растекаться в объёмные формы я не мог себе позволить, «конденсация» бы заняла слишком много времени. Так что мне пришлось действовать новым способом…

Плюсы в моей форме? Она позволяет высунуть из-за угла буквально микроскопическую пиписюндру, с помощью которой я могу видеть, что там происходит. А происходят у нас сейчас две вещи — либо тьма, в которой моя туша ориентируется чуть ли не на ощупь, либо светят фонари тех, кто эту тушу страстно хочет. Ну а тот, кто хочет, тот и получит.

Первым мне под горячую руку подвернулись две тетки в камуфляже, умудрившиеся слегка подсветить друг другу лица. Уверившись, что они точно не из «наших», я не стеснялся в атаке, а банально высунулся гигантским червем из-за угла, пролетев метра четыре, а затем протаранил обеих теток так, что они свалились на задницы. Тут же сконденсировался, попутно слегка насыщая им глазницы липкой слизью, а затем отвесил обеим по подзатыльнику. Тетки раскинули мозгами и прекратили существование.

Я уже был таков, слямзив попутно один из их фонарей… который ровно через десять секунд мне пришлось со всей дури бросать в обернувшегося на хлопки взрывающихся голов теток неосапианта, в руках которого горели два комка зеленого пламени. Это получилось как-то по наитию — вот я бегу приблизительно туда, где есть вход на спасительный этаж выше, вот мужик с огоньками, а вокруг него с десяток лучей от фонарей! С десяток! И молча ведь стояли!

Здесь я мог только бросить и тут же сменить состояние на туман. Очень вовремя, так как быстро среагировавшие люди начали палить в меня из автоматов. Но только из них. Слегка успокоившись, я налетел на них, накрывая собой, а затем принялся быстро искать получившего мой фонарик. Пока попавшие в плен моей туманной формы ругались, орали и называли меня нехорошими словами, я обнаружил искомое — неосап валялся у стены, хрипя и поддёргивая конечностями. Влепившийся ему в грудь фонарь натворил делов с его ребрами, скорее всего фатально, потому как оказался наполовину погружен в тело мужика.