Книга По сложной прямой, страница 82 – Харитон Мамбурин

«Выпустят, мой дорогой герр Беккер, всенепременно выпустят по первому же запросу», — уверенно кивал куратор, — «Русские были и остаются восхитительно принципиальными, когда речь идет о международном имидже. С вашей группой они будут вести себя как с горячей картошкой, мы знатно осветим ситуацию вокруг вас, поэтому ни о каких попытках вербовки можно не беспокоиться!»

Полмиллиона марок на полу не валяются, а пожелания BND принято исполнять. Беккер согласился.

Сейчас, пребывая в блаженном состоянии полной тишины, обычно длящейся всего лишь половину суток после каждого переезда, немец млел, изо всех сил пытаясь сохранить внешнюю нервозность. Как же иначе? Вокруг был тот самый, многократно расписанный в тысячах статей, проговоренный с каждого из телевизионных каналов телевещания, ужасающий и мрачный гулаг Советского Союза — Стакомск!

Брехня собачья, первым же делом подумалось ему, рассматривающему в окно автобуса широкие улицы и вполне обычные дома. Огромный современный город, пусть и отдающий заснеженной эстетикой русской зимы. Беккер, вечно пребывая в переездах и проводя свои личные эксперименты по определению уровней собственной чувствительности, бывал в куда худших местах. Колоссальные стены, которыми разделены районы? Так между ними свободный проезд и проход! А где медведи? Где военные, что тут должны ходить на каждом шагу?

Город окружен ограничителями? Какой ужас. Прямо как Париж и Берлин, всего лишь две европейские столицы, сумевшие приобрести достаточно этих устройств, чтобы их жители могли вздохнуть спокойно!

А затем он краем уха услышал, куда их везут. Комьорская. Успех. Полный успех. Ему нужно быть минимум в километре от Симулянта, а он едет прямо к нему домой! Это чувствуется! Ощущается! Мощная однообразная волна буквально давит все эти надоедливые мелкие шепотки, сопровождающие Вольфганга с тех пор, как он пробудился! Мощь этого экспата поражает! Бесполезная, безопасная, тупая как пробка способность, как будто созданная для него, для Беккера!

Дураком немец не был, скорее наоборот. Чем ближе был автобус к цели, тем сильнее нарастало давящее присутствие у Вольфганга в мозгу. Пока это подавление действовало исключительно на благо засланцу, но он был готов в любой момент… ко всему. Совершенно! А вдруг цель спит? А если ему, Симулянту, наступят на ногу и эмпата захлестнет его болью и яростью? А если… Нет, нужно просто действовать по обстоятельствам! В худшем случае он кинется русским в ноги и во всем признается. В таком городе можно жить!

Наконец, давящее чувство пропало, совсем. Беккер понял, что ментальное излучение экспата достигло такой интенсивности, что просто начало поглощать все посторонние мысленные шумы, включая и его собственное экспатическое излучение, присутствующее у любого разумного существа на планете. Благостная недостижимая и непостижимая ранее тишина опустилась на мозг молодого немца.

Автобус ехал, сидящие в нем молодые беженцы шептались с теми, кто понимал их язык, а Беккер увлеченно анализировал своё состояние. Какой же мощи этот экспат, если его излучение поглощается? На каком же тогда уровне идёт эмоциональное взаимодействие? Неужели… Вольфганг начнет воспринимать его не внешне, а внутренне? Надо срочно предпринять меры, воздействие уже может начаться!