Онлайн книга «Двуногое всесилие»
|
За эти три месяца меня восемь раз чуть не убили. Шесть раз — гребаная Машундра с орбиты своими вспышками, когда ей доносили, где именно Витя изволит стоять, курить и чесать яйцы, один раз наёмный американский убийца с реактивным огнеметом (!!), а восьмой — Палатенцо, узнавшая, почему за мной пришёл американский убийца с огнеметом! В общем, я знатно засветился в Аргентине, когда множил целую солянку неосапиантов на ноль (и штурмовой отряд «Стигмы»), а затем еще неслабо оттянулся на Ямайке с целой ордой бухающих американцев. Когда кто-то умело сделал вброс, что вот этот русский голый хрен — никто иной как убийца Майкла Лайкерса, самого знаменитого «героя» Соединенных Штатов, то мои протрезвевшие знакомые с Ямайки быстро прикинули хрен к носу и обвинили меня на весь мир еще и в том, что я их всех там цинично изнасиловал куда можно и куда нельзя! Юльке не составило труда понять, что дыма без огня не бывает, так что сцена ревности, в которой наблюдался грозовой фронт и вспышки молний, длилась довольно долго. Меня гоняли по подземельям как сидорову козу. Хотя, вполне возможно, что меня сдала её мамаша. Уж больно вовремя эта сцена приключилась, как раз тогда, когда закончились «заказы» товарища Окалины. В общем, если не считать тягостного предчувствия конца света от сбежавшего Валиаччи, волнения за Васю, жжения и зуда от моего нового состояния, плюс люто-бешеной загрузки от идущей днем и ночью работой над Системой, дела шли очень даже неплохо. — Ой, Витя! — громко смутилась Викусик, пытаясь натянуть подол майки пониже. Толку было откровенно мало, разница в росте — оно дело такое, беспощадное. Я сонно зевнул в ответ, зарывая нос в кружку. — Викусь! — вредным тоном тут же одёрнула подчиненную Вероника, — Если мужик с утра видит твою жопу и зевает — это не твой мужик! Поверь старой опытной женщине! Оценив взглядом «старую опытную женщину», выглядевшую помладше восемнадцатилетней девчушки, я хрюкнул, слегка поперхнувшись кофе. Вот че чудят? Был бы у меня ёж, даже ему было б ясно, что Викусик наша готова тут голышом расхаживать, хоть и вовсе не потому, что в её чистую невинную голову залетели пошлые и грязные мысли. Просто высота потолков на нашей импровизированной базе — четыре с половиной метра, поэтому трехметровая девушка получает в данный момент совершенно бесценный с её точки зрения опыт коммуникации с обычными человеками в бытовых условиях. Раньше-то одна жила. Отрешившись от наставлений Кладышевой, доминирующей над несчастным ребенком, я еле-еле успел среагировать — моё любовно намазанное сливочным маслом печенье попытались украсть. Поймав вора за шкирку, я хмуро уставился в совершенно бессовестные глаза на крохотном личике неизвестного мне гуманоида. Ну неизвестного потому, что я так и не научился отличать Онахон Салиновскую от Охахон Салиновской. — Щас жопой в кофе макну, — объявил я свою волю преступнице, — За расхищение народного хозяйства. — Ну Вить… — тут же заныла совершенно чужая жена, — Ты себе еще намажешь, а нам двоим как раз позавтракать хватит! — Для телекинетиков со специализацией на тонком манипулировании, вы чересчур вороватые. — Не охота с утра напрягаться… — Меня бы попросили! — встряла Викусик, — Я вот… — Ты занята! — тут же начальственно рыкнула Кладышева, — Бери ложку и убирай накипь со свинины! |