Книга Укус Милосердия, страница 52 – Харитон Мамбурин

Карканье. Тут всегда шумно. Вороны любят орать.

— Конрад? — вопрос был задан очень дрожащим голосом.

— Да?

— Знаешь, я только сейчас почувствовала, что нахожусь в другом мире.

— Ты это уже говорила.

— Я тогда была не права. Это не важно! Что мы делаем тут, Конрад⁈ Что я здесь делаю?!!

Высокие многоэтажки без проблесков света закрывают даже полуденное солнце. Вороны, тысячи их. Мусор, грязь, ощущение полностью заброшенного города, где в кучах мусора кости встречаются чаще, чем все остальное. А еще взгляды. Сотни поблескивающих в полутьме подъездов и пустых оконных рам желтоватых радужек. Да, тут нет фонарей, не натянуты провода электропередач, а в окнах никогда не было стекол, но эти мелочи никак не могут изгнать из Граильни духа покинутого района. Прибежища проклятых.

— Как тебе сказать, дорогая… — тяну я, вытаскивая сигарету из слегка помятой пачки, — Ты мне тут не нужна, скорее наоборот. А вот Шегги и Шпилька — нужны, так что твоя тушка с нами пошла балластом.

— Падажжи, — выставляет слегка подрагивающую ладонь девушка, — Ты же… мог меня отправить в Управу, да? Вместе с теми, кто приехал⁈ Или хотя бы оставить дома? Под защитой?!!

— «Мог» — это очень сильное слово. Ну да, мог. Но не стал. Я им не доверяю. Подержи пакет, я прикурю.

— УБЕРИ ЭТО ОТ МЕНЯ!!!

— Алиса, — задумчиво ковыряет в ухе пальчиком Шпилька, стоявшая слишком близко к нервной вампирессе, — А ты знаешь, что возбуждает аппетит у гоблинов круче всего?

— Что⁈ — всхлипывает эта неженка.

— Женские крики, Алиса. Женские крики.

Почти километр мы прошли в тишине. Граильня, конечно, кажется местным Адом, а сожрать тут могут кого-угодно за милую душу (ограбить, изнасиловать, убить и сожрать — в любом порядке), но чисто технически — все эти многоэтажки вокруг, весь этот район, является чистейшей воды благотворительностью. Отстойником, в котором дикие и полудикие гоблиноиды могут перевести после дороги дух, обучиться необходимым в большом городе вещам, сдать экзамены на полноценное гражданство. Ну а что тут слегка мрачно, злобно и летальненько — так это касается только местных. Ну и идиотов, которые сюда забредают. Кстати, довольно часто.

— Алиса, смотри фокус, — с этими словами я слегка надрезаю себе когтём запястье, — Несколько капель моей крови, густой, почти черной, срываются под влиянием гравитации вниз, но до асфальта не долетают. Из них в процессе падения вылупляются, иначе не скажешь, фиолетовые существа с перепончатыми крыльями. Немного, всего пара десятков. Масса этих существ никак не соответствует объёму потерянной мной жидкости, но лучше не задавайте вампиру вопросов типа «А как это ты превратился в туман вместе с одеждой⁈».

Он сам не знает.

Мифические силы работают не только там, где нет магии, а еще и вертят на своем метафизическом половом органе как законы природы, так и здравый смысл.

— Какая… гадость! — на секунду Тарасова даже забывает, где находится, разглядывая разлетающихся существ.

Да, мои крипы — это отнюдь не приличные искусственные существа как у других вампиров, у которых они одинаковые, изящные и очень похожие на гламурных фиолетовых летучих мышей. Мои как раз и вертят законы здравого смысла сильнее всего, являясь целой коллекцией странных, уродливых, не похожих друг на друга мутантов. Как они летают? Почему их морды похожи на страшно перекошенные человеческие лица? Зачем им ноги? Спросите здравый смысл!