Книга Укус Милосердия, страница 70 – Харитон Мамбурин

…почти настолько же большая, как гном, предающий и подставляющий собственную фамилию.

Почему там, где Арвистер проходит с боем, несколько феноменальных идиотов, у которых, вроде бы, даже денег нет, идут как по Парижу? Может быть, я идиот?

…или всё не то, чем кажется?

Ой не всё. Волчер, Конрад, ты забыл волчера.

Ох, надо заказать еще кофе.

Волчеры, орки, тролли, гоблины. Надо смотреть правде в глаза, господа, представители этих рас… ограничены. Инстинктами, уровнем развития, расовыми особенностями. Это не значит, что они тупы, но из того же Шеггарта никогда бы не получился доктор наук.

К чему я веду? К тому, что у волчера крайне мало шансов попасть в такой переплет, чтобы сматываться пришлось через Граильню. Нет, в случае больших проблем с членом стаи, его судьбу решал бы вожак, а вожаки никогда не бегут. Волчер без стаи — зрелище жалкое, вон у нас Гарру перед глазами. К тому же, подчеркну еще раз насчет ограничений, волчеры не того поля ягоды, чтобы попадать во что-то серьезное и уж точно не побегут из города в одну волосатую рожу. Это всё равно что… эльф-террорист или гном-предатель.

Твою мать.

Волчер, эльф, гном… и два орка.

Я поморщился, чувствуя, как начинает болеть голова. В кафешке возле Управы готовили хорошо, но вот кофе варили совершенно термоядерный, за что заведение и ценилось, но я такой кофе уважал лишь в другой жизни. А ту жизнь я ненавижу всеми жабрами души.

— Арвистер, — мелодичный, хоть и излишне холодный, женский голос стал душем, вытащившим меня из очень неприятных воспоминаний.

— Аркана Тау? — удивился я, узрев перед собой сногсшибательно красивую полуэльфийку, главу нашего госпиталя для особо важных персон.

— Я уже просила не обращаться ко мне так, — поморщилась женщина, — У меня есть имя и фамилия. Потрудись использовать их.

— Хорошо, Екатерина, — кивнул я, — Постараюсь.

Воцарилось молчание. Я сидел за столиком, держа кружку с остывшим кофе и смотрел на доктора, а та, сцепив руки под грудью, стояла и смотрела на меня. Прямо начало охренительной истории, не иначе.

— Может, пригласишь присесть? — наконец, выдала эта дива, устав сверлить меня взглядом.

— Зачем? — насторожился я.

— Надо!

— Кому? — продолжал проявлять я бдительность.

— Арвистер! — злобно зашипела, самостоятельно усаживаясь, красавица, — Тебе надо! Тебе!

— Что-то сомневаюсь, — скосил я на врача глаза, — вроде бы ничем не болею. Мне и не положено, знаете ли. Вампиры мы.

— Я помню твой взгляд побитой резиновыми членами собаки, когда я назвала тебе смешную цену в две тысячи талеров за ту коматозницу, — перешла на шепот женщина, придвигаясь ко мне вплотную, — Так что, Конрад Арвистер, я предлагаю тебе работу. Ты мне помогаешь найти моего мужика, а я прощаю тебе долг и накидываю еще тридцать тысяч сверху. За срочность, за твой профессионализм и за молчание об этом до конца твоих дней. Как тебе?

Кровь в моих жилах слегка подмерзла. Тридцать косых — это очень серьезно.

— Тридцать тысяч? С разгона? — прокряхтел я.

— С разгона, без торга. Мне нужен опытный разумный, умеющий держать язык за зубами, — кивнула Екатерина, — Ты выслеживаешь его, связываешь, затыкаешь, приносишь ко мне домой. Получаешь звон и забываешь обо всём, даже об этой нашей встрече. Полностью забываешь, совершенно. Даже если Коллегия Патриархов пригласит тебя в Мундус, подвесит за яйца, а затем старые эльфы начнут весело подпрыгивать, повисая на твоих сосках, ты, Конрад Арвистер, не вспомнишь ничего. Большую часть суммы я тебе плачу за молчание.