Книга Герои есть, страница 128 – Владимир Батаев, Робин Штенье

— Мастер! – Мара вышла из тени и сделала пару стремительных шагов к решётке.

Я покачал головой и прижал палец к губам, мысленно призывая её вернуться на место.

К счастью, рыцари в это время препирались с охраной на тему того, открывать камеру или нет, и ничего не заметили. Мара шагнула обратно в тень, а я сделал вид, что рассматриваю Мелори, спящую на плече у мужа.

— Эй, – окрикнул меня Буль дэ Зир, – заходи. Гостем будешь, – и громогласно заржал, привлекая внимание всех заключённых.

Но опять удача оставалась на моей стороне, и, бросив на рыцаря убийственные взгляды, каждый из них вернулся к своему занятию. Кроме сидящего обособленно от остальных Альтаира. К нему я и прошёл, потеснив на скамейке.

— За что сидим? – тихо спросил я, не надеясь на ответ.

— Хотел стать героем, – Альтаир отозвался сразу, но продолжил смотреть в пол, словно у него там суфлер сидел и подсказывал. – А ты?

— Заигрался в бога, – я пожал плечами – дело давно минувших дней, даже с учётом нынешних приключений.

— Как это? – удивился он и поднял на меня мутный взгляд. – Боги же всесильны.

— Боги – да. Но не играющие в них, – я широко улыбнулся и добавил: – Если ты понимаешь, о чём я.

Он понял, потому как перевёл взгляд на подходящего к нашей камере Йорика. Не думаю, что ему успели доложить о странном чудике, похожем на императора. Рыцари, скорее всего, вообще промолчали о моём появлении. А значит Йорик шёл сюда не за мной.

«Сможешь снять чужое влияние с Альтаира?» – мысленно спросил я у Грааля, вспомнив, как общался с Fata Morgana.

«Займёт время» – не заставив себя ждать, ответила программа.

«Делай».

Йорик подошёл вплотную к решётке и окинул пленников довольным взглядом. Ну да, считает себя победителем. Вампир, то есть я, мёртв. Себастиана, наверное, уже толпа охотников за головами ищет по всему Иберийскому княжеству. Саншайн же... Не знаю, что там делает паладин по его мнению. Я и сам ни малейшей идеи на этот счёт не имел. Но это мелочи.

— Ну что, крылатая, позабавимся, как в старые добрые времена? – гаденько улыбаясь, спросил рыжий.

Валькирия окинула его презрительным взглядом и фыркнула.

— Даже если ты прокачал свои причиндалы через Саркофаг, развлеки себя сам. Потому что на такое сокровище не только я, но и шлюхи-неписи не позарятся.

Йорик не разозлился. Лишь шире заулыбался, словно чего-то подобного и ожидал, а теперь не обманулся в предчувствиях.

— Вот и посмотрим, как ты заговоришь после перековки. Хотя идея про шлюх-неписей интересная, надо будет тебя потом устроить в портовый бордель на месяц-другой.

Изабелла не ответила, но по тому, как её рука сжала карты, стало понятно, что храбрится она только на словах, а на деле ничего своему мучителю противопоставить не может.

— Но кого же из вас мне взять, чтобы изменить твой дурной характер? Каина-Кена можно продать в реал за реальную выгоду, – принялся вслух рассуждать Йорик, заставляя занервничать остальных. – Преданная Мара будет лучшим союзником, чем все нынешние вместе взятые. Для Герхарда и Лектера можно объявить публичную казнь, поймав пришедших спасать для дальнейшей работы Саркофага. Хм... Мелори? Она такая милая, но кажется, единственная, кем можно сейчас пожертвовать. Не Альтаира же брать, в конце-то концов.

Лектор дёрнулся, желая защитить жену, но неприметный браслет на его руке пресёк попытку воспользоваться магией. Его как будто током ударило, и он, упав на пол, забился в конвульсиях. Мелори кинулась к мужу, а между ней и дверью камеры встал хмурый Герхард, не желающий, чтобы последнее слово оказалось за Йориком.