Книга Проклятьем заклейменный, страница 33 – Владимир Батаев

— Да нет, — растерялся Одоевский. — Я ж замиряться пришёл.

— Вот и отлично, — покивал я. — Значит, мир. Ты мне нахамил, я тебе нос разбил, в расчёте. До Соколовой мне дела нет.

— Это хорошо, — с явным облегчением выдохнул парень.

Он думал, я за неё вступился, потому что сам запал? Вот же… Дети! Хотя этот как раз адекватный. Пусть и не всегда.

— Так ничего не было утром? — уточнил он. — Забыли?

— Давай так, — предложил я. — Ты шёл к Соколовой, а я выходил из комнаты. И случайно ударил тебя дверью. Но мы примирились. С меня пиво. А то морда-то у тебя разбита. Да и на разговор ты меня позвал прилюдно.

— Это да, — Одоевский потрогал распухший нос и поморщился.

— Тебе бы в медпункт, — посоветовал я.

— Там Анхелика Семёновна…

Я снова закатил глаза. Ой, дурень малолетний. Не понимает своего счастья. Может, чему научился бы с Анхеликой, а потом с Соколовой умения пригодятся. Да и вообще, надо ловить момент. Вроде и не скромник, чтоб стесняться.

— У меня чуток пыльцы фей есть, — понизив голос, сообщил Одоевский. — Светка вечером обещала…

Он запнулся и покраснел.

— А давай я тебя ещё коленом в пах пну? — предложил я.

— Это ещё зачем? — аж отступил на шаг Одоевский.

— Чтоб Светка вечером тебе и туда пыльцу втёрла грудью, — пояснил я.

Парень замер с открытым ртом, явно задумавшись над предложением всерьёз. Я-то пошутил! Но с учётом местных реалий… Хм, а ведь может проканать. Особенно с учётом жалостливости Соколовой.

— Хотя не торопи события, — качнул головой я. — Успеешь ещё. Если что, я тебя потом пну.

Одоевский отступил ещё дальше.

— Психованный ты, Соловей, — заявил он. — Между нами мир, но не дружба. Держись стороной.

Я пожал плечами. А когда он торопливо удалился по дорожке, не удержался от смеха. Вроде у нас в компании в таком возрасте подобные шутки нормально заходили. Но тут у народа явно иной менталитет.

Ладно, этот Одоевский всё равно произвёл на меня паршивое первое впечатление. Не очень-то и хотелось с ним дружить. Так, разок выпить пива, чтоб закрепить примирение. И в целом он вроде нормальный. Но нет, так нет. Разошлись краями и ладно.

А вот Урусов явно тянет на местного супергероя — Человек-Говно. Хотя от боя с адскими гончими не сбежал… Может, и не совсем говно, так, какашка из тихого омута души всплыла. Буду смотреть и разбираться, не торопясь с выводами.

А пока пойду пошлю Петьку за пивом. Чтобы вечером сходить на правильное чаепитие с Троекуровой. Посмотрим, что у неё скрывается за декольте и мини-юбкой… А уж в буквальном смысле или фигурально выражаясь — это как пойдёт.

Герои несут добро и справедливость, злодеи — смерть и разрушение, а я несу пакетик. На самом деле, даже два. И в обоих по две двухлитровые пластиковые баклажки с разливным пивом. Ну и ещё всякие пакетики с орешками всех видов, вяленая рыба, какой-то твёрдый сыр… Лично я закусывать пиво сыром не фанат, разве что копчёным, типа «косичка», но Варвару этот сыр так заинтересовал, что пришлось половину ей оставить. Так что, наверное, и Троекуровой сойдёт.

Кстати, я всё-таки успел заранее выяснить её имя — Елизавета Сергеевна. В этот раз не придётся мне мямлить и упирать на склероз. Вот кто с ней комнату делит, не узнал.

Пиво и закуски без проблем раздобыл и притащил Петька. Оказалось, у курсантов вовсе нет запрета на алкоголь. Да и вообще в целом, делай, что хочешь, всем плевать! Меняться комнатами, например, можно совершенно свободно, над этим никакого контроля. Ну, дебоши, конечно, будут пресечены, как и драки, но в рамках разумного полная свобода действий. Если бы в нашем мире в студенческих общагах царили столь либеральные нравы, там бы такое творилось! А тут ничего, всё тихо и мирно.