Книга Возрождение клана, страница 120 – Владимир Батаев, Илай Шань

А еще я с удовольствием осознал, что хватка щупалец в моем желудке ослабла.

— Девчонки, бейте сонорных! Меч Медуз больше им не помогает.

Таня достала свои волшебные сюрикены и… нашпиговала Кора, как недавно Крисана. Да, слабенькая защита у парня. Сразу видно — сонорные.

Осшан начал забрасывать нас камнями, но, наверное, с одним глазом сложно прицелиться. Лишь пара штук задела меня и Ульрику, которая чуть замешкалась, сплетая хрустальную сеть.

Еще некоторое время мы перебрасывались заклинаниями. И незаметно пришло утро, а с ним и надежда на победу — мой возрожденный клан под руководством Лайза.

Витарель сотворила чудо. Если б она только видела наших новобранцев! Из деревенщин и оборванцев они превратились во львов, которые бесстрашно набросились на синкретистов из сильного клана. А затем Лайз подошел к сонорным и уставился на них. И доблестные маги не выдержали тяжелого взгляда этого обыкновенного мужичка. Они с криками ужаса бросились бежать.

— Опять гипноз? — бросил я Лайзу.

Тот расплылся в улыбке:

— Ваша школа, уважаемый глава.

Еще немного усилий, и все было кончено. Часть нападающих с позором сбежали, а остальные полегли под мечами моих рекрутов, эльфийскими рукоделиями, когтями мутантов и нашей магией. Шипящие спешились с коней и принесли извинения королю эльфов, без конца кланяясь и хватаясь за голову. Дескать, простите дураков. В пылу боя не сообразили, за кого должны сражаться.

Черные эльфы понесли значительные потери. Конечно, их клан еще долго будет восстанавливаться. Но теперь отношение к изгоям изменится к лучшему, ведь они стали жертвенной коровой. Спасли мир, встав живым щитом на его защиту.

Я смотрел на занимающуюся зарю и плакал от счастья. Теперь все будет хорошо: Индира и королевские маги, очевидно, уже захватили заговорщиков и Меч Медуз. Вот почему сонорные ослабли: прекратилась поддержка артефакта. Наверное, наш клан наградят, а мне повесят памятную медальку на шею.

Кстати, о клане… Я подошел к новобранцам и каждому пожал руку.

— Вы отлично проявили себя в бою. Получите по бочке вина и кошелю денег! Жаль, что Витарель вас не видела. Орлы! Кстати, Вита… Какого черта?

На загнанной лошади ко мне подъехала черноволосая эльфийка. Под ее глазом багровел кровоподтек, волосы была растрепаны, а на губах запеклась кровь.

— Помогите! Танриель похищена! Я… Я не смогла ее защитить.

Наверное, я бы лишился чувств. Позорно упал бы обморок, как изнеженная студентка филфака. И плевать, что руки мои в крови, брызнувшей из глаза Осшана, когда я подошел почти вплотную чтобы угостить его заклинанием «морская соль». Да, да, это когда, как в поговорке, соль попадает на рану. Только крупинки диаметром в полтора миллиметра и очень любят кровь.

Плевать, что я завалил уже нескольких человек. И если понадобится, снова возьму в руки оружие. Но теперь от нервного обморока меня удерживали лишь крепкие руки короля Каара и глаза девчонок, полные ужаса.

— Но как это случилось?! — заорал я. — Почему ты, эльфийская шлюха, не защитила сестру? И где была охрана? Не все же остолопы ринулись в бой, чтобы помочь чертовым эльфам?

— Потому что все мы бессильны перед сильнейшими магами Грандфанта, которые захватили древний артефакт, — тихо ответила Вита.

Я рывком сдернул эльфийку с лошади, едва удержавшись, чтобы не отвесить ей пощечину: