Книга Возрождение клана, страница 92 – Владимир Батаев, Илай Шань

Таня уставилась с подозрением:

— Что-то ты слишком добренький. Неужели больше не испытываешь ко мне ненависти? Я же затащила тебя в мир Синкретизма, использовала в своих целях и в итоге выхожу замуж за другого.

— Да, я был очень зол на тебя. Считал предательницей. Но теперь поменял мнение: насильно мил не будешь. Даже если я тебе и нравился, ты никогда не хотела быть со мной. Сегодня на занятиях я вдруг узнал интересную вещь: с помощью магии нельзя заставить человека полюбить тебя. Здесь не существует отворотов и приворотов. В мире Синкретизма принято отпускать человека, если не можешь добиться от него взаимности. Хорошая традиция, верно? Вот и тебя отпускаю, милая. Тем более ты мне никогда ничего не обещала.

Таня внимательно выслушала мою тираду и усмехнулась:

— Эльфийским духом пахнет, да? Так Танриель тебе все-таки дала? И нашего юного мага можно поздравить с лишением невинности? Как самочувствие? Не открыл в себе третьего глаза, а может, качнулась невидимость или навык полета?

— Качнулась уверенность в себе. Наконец-то я понял, что смогу повести клан за собой. И дала не только Танриель, но и Витарель.

— Уверенность — это первостепенный навык, — захихикала Танюха. — А ты крут, отхватил бонус. Интересно, с чего бы?

— Как всегда помогло знание филологии, — улыбнулся я, глядя ей в глаза. — Точнее, ономастики — науки об именах.

— Да теперь тебе все девушки доступны, — вставила Ульрика.

— Все мне не нужны, — важно ответил я. — Лишь трое — Альмира, Танриель и ты. Волшебница, эльфийка и троглодитша — удачное сочетание. И я сейчас серьезно. Подумай, Уля, готова ли ты быть со мной.

Троглодитша вздохнула и потупилась.

Я взял ее за подбородок, заставляя поднять лицо и посмотреть мне в глаза.

— Не буду на тебя давить. Но я жду ответа. Как решишься, приходи в мою комнату. А с тобой, Танюша, мы останемся добрыми друзьями и боевыми товарищами.

Таня вдруг вскрикнула: швея уколола ее иголкой.

Взглянула на меня, будто хотела что-то сказать. Но я не стал продолжать обмен колкостями. Чмокнул Ульрику в зеленую щечку и вышел из комнаты.

Не знаю, поверила ли мне Танюха, но я не лукавил: ненависть и ревность ушли из моего сердца. Их прогнали нежные ручки Витарель и Танриель.

* * *

Ночью я долго не мог заснуть. В голове роились мысли о судьбе новоиспеченного клана. Танриель одобрила смену цветов, и новобранцы уже щеголяли в красных кафтанах с белыми вставками на груди. И все же обучение рекрутов и защита Танриель не сильно меня занимали. Я строил далеко идущие планы, размышлял о судьбе клана и о том, как войти в число сильнейших. Естественно, для этого надо получить реальную магическую мощь, но также необходимо доказать свою полезность короне. В идеале — поймать зачинщиков мятежа и доказать их вину. Ректора с Земли не достать, но его сообщники затаились в Мире Синкретизма.

Я вздохнул и закрыл глаза, погружаясь в сон. Вдруг раздался женский крик и громкий стук в дверь. Кажется, поспать не удастся!

На пороге стояла рыдающая Альмира, одетая в тонкую ночную сорочку:

— Там, в моей комнате… мутант. Чудовище, еще и разговаривает.

— Как он выглядел? И как вообще пробрался в Школу, которая тщательно охраняется?

— А я откуда знаю?! — воскликнула кураторша. — Огромная змея, но с четырьмя ногами. Шипела: с-с-с-пи, о-с-с-с-мотрю. Или что-то подобное.