Книга Монстр снаружи, страница 62 – Владимир Батаев

Она помахала рукой, подзывая меня следовать за собой. И повела меня в подсобку.

— Он здесь, — негромко сообщила администраторша, войдя внутрь.

Я успел разглядеть Мэйв в свете масляного фонаря, прежде чем она кинулась мне на шею и прижалась всем телом, заливая слезами мою тунику. Я машинально приобнял её за талию, хотя следовало скорее отстранить. Всё же мягкие женские выпуклости, прижимающиеся через рубашку и тунику, не способствуют сосредоточенности. Остатки её недавно новенькой куртки валялись на полу кучкой рваного тряпья.

А рядом сидел Жиль, крутя между пальцами кривой нож.

— Двенадцать часов, точно по графику, — зевнув, объявил он, и метнул нож.

К счастью, не в меня. Всего лишь в дно бочки, с нарисованными на нём неровными кругами. Такая самодельная мишень. Попал близко к центру, но не в самое яблочко.

— А ты тут что делаешь? — поинтересовался я.

— Сижу как дурак, вот уже полсуток, выслушивая истерики твоей подружки, — снова зевнул он. — Будто она не знает, как система работает. Хотя… может, слишком много знает. Вот и не верила, что ты воскреснешь.

— Он меня спас, — сообщила Мэйв, снова всхлипнув.

Жиль в ответ на мой вопросительный взгляд пожал плечами.

— Замучился уже вас спасать, — посетовал он. — То одного, то другую. Нельзя ей одной гулять. Такая сочная и аппетитная единичка, неспособная за себя постоять… Девять из десяти мужиков при виде неё сразу начинают расстёгивать ширинку.

— Но не ты.

— Я женат, — снова пожал плечами он.

Я хмыкнул. Видел я его жену. Отнюдь не королева красоты, с Мэйв ни в какое сравнение не идёт. Тем не менее, вот они оба тут. И хотя Мэйв плачет, но скорее от радости и облегчения, что я жив и вернулся. Не из страха перед Жилем. От которого я бы всё равно не смог её защитить.

— А остальные наши? — спросил я.

— Второе возрождение занимает сутки, — поведал Жиль. — И плюс двенадцать часов с каждым разом. Так что ты первый.

Я кивнул. Значит, ждать ещё двенадцать часов. Или сутки. Или больше. Не знаю, сколько сейвов у кого оставалось. И это ещё, если их убили сразу, как меня. Но не факт, что всем так повезло. Особенно я беспокоился за Доротею.

— Ну, я пошёл, а то дома заждались, — объявил Жиль, поднявшись.

— Погоди, — остановил его я. — Почему ты нам помогаешь? Ты же…

Я сдержался и не стал произносить «психопатичный маниакальный садист». Это было бы с моей стороны совсем уж грубой неблагодарностью. Даже если это правда.

— Мне было не трудно, — опять пожал плечами он. — На неё напали всего лишь трое тупых нубов. Проучить их было в удовольствие.

Он выдернул нож из мишени, крутнул его между пальцами и заткнул за пояс. Я молча покачал головой, хотя так и тянуло уточнить, как же именно он с удовольствием проучил нубов. Точнее, на сколько лоскутков их разрезал.

Кажется, я начал лучше понимать Жиля. Что-то из глубин памяти, оставшееся в подсознании, давало мне подсказку. Ему нравится убивать и мучить людей, но при этом хочется чувствовать себя правым, не злобным маньяком. Сдирать кожу с тёмных эльфов — так они враждебно настроенные к игрокам мобы! Убивать бандитов, устроивших засаду на нуба вроде меня, или нубов, пытавшихся изнасиловать девчонку — вроде как доброе дело совершает, спасает слабых. При этом удовлетворяя свою жажду крови. Этакое «добро с кулаками», по локоть в крови и в белом плаще из человеческой кожи.