Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 100 – Брендон Сандерсон

«Вот так».

«Шаллан!»

Доспех возник вокруг Рэда. От внимания Шаллан не ускользнуло, что выглядел он ровно так, как она представила: с цветными разводами, как будто в одну емкость струями лили мокрую краску всех оттенков красного металла. Форма тоже немного отличалась: броня вышла изящнее, поверх можно было бы накинуть плащ, – не то что громоздкий осколочный доспех Адолина.

Рэд гулко засмеялся в шлеме, мгновенно приманив спрена благоговения. Шаллан отступила на шаг, а он так и остался стоять. Неподвижно. Разведя руки в стороны.

— Э-э… – донесся его голос. – Я не могу пошевелиться.

— Что, правда? – изумился Газ.

«Шевелись», – велела Шаллан доспеху.

Доспех рассыпался на части и исчез.

Они попробовали еще раз. И снова стоило Шаллан отойти на шаг, как Рэд застыл неподвижно. Не в состоянии даже согнуть палец.

— Осколочному доспеху для движения требуется энергия, – заметила Дарсира. – Может, ему не хватает?

— Тогда почему у ветробегунов работает? – спросил Рэд из-под шлема. – Так нечестно!

— По-моему, это великолепно, – сказал Газ. – Шаллан, как думаете, если его толкнуть, он так и пролежит тут, пока мы не вернемся с завтрака?

Она с улыбкой отпустила доспех.

«Шаллан?» – спросили спрены.

Они чувствовали себя неловко.

«Все хорошо, – подумала она в ответ. – Вы просто еще не освоились».

Может, получится чему-то научить их с помощью других кусочков доспехов?

— Ох, не светит мне бесплатный доспех, – сказал Рэд. – Придется и дальше скулить по ночам над своими темными тайнами, пока не найду способ переступить через них.

— Неужели твоя темная тайна заключается в том, что у тебя отвратительное чувство юмора? – поддел его Газ.

— Да нет, это давно стало достоянием общественности, – откликнулся Рэд, устраиваясь за столом. – Итак, мы в самом деле собираемся сразиться с духокровниками? Открыто?

Шаллан вопросительно посмотрела на остальных. Все закивали. Даже Газ.

— С чего начнем? – спросила Дарсира.

— Мрейз всегда считает, что у него более выгодная позиция, – сказала Сияющая. – Он получает удовольствие, подвешивая информацию, как приманку, и тем выводя людей из равновесия. Лучший способ свести его преимущество к нулю – раскрыть его секреты. Мы столь многого не знаем. Зачем им темница Мишрам? Почему они так глубоко ввязались в нашу политику? Но мы отыщем ответы.

Она взглянула на стол, на покрытое шрамами лицо Мрейза, скривившего губы в усмешке.

— Мы сделаем то, что они полагают невозможным: выкрадем их секреты.

— Хорошо, – сказал Газ, – но как?

— Прежде всего, – ответила Сияющая, – нужно отыскать их базу.

* * *

— Что ты здесь делаешь? – требовательно спросил Далинар, догнав женщину… богиню.

Преисподняя, это она! В прошлый раз он видел ее в сумрачной роще, но лицо было точно таким же.

— Я хожу, где пожелаю, – ответила она с ноткой веселого недоумения; вокруг нее кружились спрены жизни. – Тебя это удивляет?

Как и прежде, в ее голосе слышался легчайший намек на звук крошащегося камня. Одежда выглядела так, словно Культивация вырастила ее из тончайших сплетений чего-то легкого и земляного, и местами сливалась с кожей. Ни то ни другое не производило столь драматичного эффекта, как тогда в Долине, – возможно, чтобы не привлекать внимания. Но Далинар все равно был потрясен.