Книга Слова сияния, страница 415 – Брендон Сандерсон

— Ну ладно… – Каладин нахмурился.

— «Цель, – продолжила Шаллан читать хроники, вскинув палец, – этой предварительной дуэли заключалась в том, чтобы вызвать у великих князей заметное потрясение и впечатлить их. Хотя мы заранее все спланировали, первый проигравший не знал о своей роли в нашем заговоре. Садеас победил его с просчитанной зрелищностью. Он несколько раз прерывал бой и повышал ставки – сначала деньгами, потом землями. В конце концов победа оказалась впечатляющей. Поскольку толпа была так поглощена увиденным, король Гавилар встал и предложил Садеасу выбрать себе дар за такое развлечение, согласно древней традиции. Ответ Садеаса был прост: „Нет мне другого дара, кроме трусливого сердца Йенева на острие моего меча, ваше величество!“»

— Не может быть! – воскликнул Адолин. – Хвастун Садеас так и сказал?

— Событие, как и его слова, запечатлены в нескольких главных хрониках, – подтвердила Шаллан. – После этого Садеас сразился с Йеневом, убил его и позволил союзнику – Аладару – захватить власть в том княжестве.

Адолин задумчиво кивнул.

— Шаллан, это и впрямь может сработать. Я могу попытаться устроить то же самое – превратить мою битву с Релисом и его соратником в потрясающее представление, вызвать восторг толпы, заслужить Королевский дар и согласно Праву вызова потребовать дуэли с самим Садеасом.

— Эта идея в каком-то смысле очаровательна, – согласилась Шаллан. – Взять маневр, который он применил сам, и обратить против него.

— Он ни за что не согласится, – возразил Каладин. – Садеас не позволит загнать себя в такую ловушку.

— Возможно, – согласился Адолин. – Но я думаю, что ты недооцениваешь, в каком положении он окажется, если мы все сделаем правильно. Право вызова – древняя традиция, кое-кто говорит, ее учредили сами Вестники. Светлоглазый воин, доказавший свою доблесть пред Всемогущим и королем, обращается к монарху и требует справедливости по отношению к тому, кто причинил ему зло…

— Он согласится, – сказала Шаллан. – У него не будет другого выхода. Но придется продемонстрировать нечто зрелищное.

— Зрители ждут от меня трюков, – проворчал Адолин. – Они невысокого мнения о моих последних дуэлях – и это должно сработать в мою пользу. Если я устрою для них настоящее представление, они будут трепетать от восторга. Кроме того, победа над двумя противниками сразу? Этого уже достаточно для внимания, в котором мы нуждаемся.

Каладин перевел взгляд с Адолина на Шаллан. Оба были очень серьезны.

— Вы правда считаете, что это сработает? – задумчиво спросил он.

— Да, – сказала Шаллан, – хотя, согласно этой традиции, Садеас может назначить вместо себя защитника, так что, возможно, Адолин не будет сражаться с ним лично. Но он все равно выиграет осколки Садеаса.

— Такой результат меня не очень-то удовлетворит, но все же сгодится. Победа над защитником Садеаса на дуэли подсечет ему ноги. Он утратит значительную долю авторитета.

— Но это же на самом деле ничего не будет значить, – уточнил Кэл. – Так?

Оба уставились на него.

— Это же просто дуэль, – пояснил Каладин. – Игра.

— На этот раз все будет по-другому, – возразил Адолин.

— Я не вижу разницы. Конечно, вы можете выиграть его осколки, но титул и власть останутся за ним.

— Все дело в восприятии, – проговорила Шаллан. – Садеас создал коалицию против короля. Это подразумевает, что он сильнее короля. А если проиграет королевскому защитнику, мнение о его силе изменится в худшую сторону.