Книга Осколок зари, страница 31 – Брендон Сандерсон

— Ребск? – произнесла капитан.

— Придется сделать небольшой крюк, – произнесла Рисн, указывая на карту.

Оглядевшись, Рисн удостоверилась, что понаблюдать за ее переговорами с приглашенными на борт судна старейшинами кочевников собралась вся команда. Хекси – люди тихие, не интересующиеся мировой политикой; волосы заплетают в косички и пахнут животными, которые считаются священными. Жрецы хекси не употребляют мясо, поскольку это табу, однако относят насекомых и их личинок к растениям. Один из шести народов, который, как записала Рисн под нажимом Встима, заинтересовался бы червивым зерном.

Начала она с того, что, глядя в блокнот, произнесла несколько учтивых фраз на языке хекси. Кочевники просеяли зерно и нашли его качественным, почти нетронутым упитанными и аппетитными личинками.

Стремясь заключить сделку, максимально удобную для обеих сторон, Рисн вела переговоры быстро и уверенно. В итоге на корабль погрузили изрядный запас вяленого мяса – его источником являлись погибшие животные; кочевники специально заготавливали этот продукт для подобных случаев. И еще на борту оказались одеяла – дорогостоящий товар. Хекси вручили их Рисн, высоко оценив ее уважительное отношение. Ушли они с бочками зерна, попрощавшись песней.

— Они и в самом деле купили лавис, кишевший червями! – изумленно воскликнула капитан, поглаживая бровь. – Признаюсь, ребск, я до последнего не верила.

— Вероятно, со Встимом вы тут не бывали? – спросила Рисн.

— Не бывала. Действительно, похоже на одну из его хитроумных комбинаций. Интересно, а почему этот берег не кишит торговцами, старающимися выгодно сбыть свое испорченное зерно?

— Не все так просто, – улыбнулась Рисн. – Народ хекси требует уважительного обращения, а их язык трудно выучить. Высокомерие неприемлемо – развернутся и уйдут. И зерно должно быть хорошим, качественным, хоть и с червями. Старое, наполненное спренами разрушения, они не станут брать.

— И все же? – упорствовала капитан.

Отчасти она была права. Рынок действительно неосвоенный. Но кто захочет возиться с червивым зерном, когда есть прекрасные ковры и восхитительные драгоценности? Кому придет в голову приставать к дикому берегу, когда так близко большие базары Марата?

Только тому, кто понимает суть потребности и истинную душу торговца.

«Спасибо тебе, бабск», – подумала Рисн, окидывая взглядом команду. Спренов тревоги поубавилось, моряки явно стали спокойнее. Расходясь по вахтам и постам, они выглядели даже веселыми, хотя последние несколько дней выдались довольно напряженными.

Рисн хотелось надеяться, что ей удалось придать предзнаменованию противоположный смысл. В принципе, это традиционный способ развеять любую жуть – извлечь из нее пользу. Для тех, кто следует Стремлениям, все просто: судьба на твоей стороне, и даже дурное знамение не в силах омрачить твой путь. Оптимизм и решимость – действенное оружие против темных Стремлений. Даже сильнейшая из Великих бурь приносит свежую воду.

Знамения, в сущности, полная ерунда, если не считать скрытой под ними истины. Сами по себе они ничего не значат, но люди видят в них грядущую беду. Поэтому так важно было радикально поменять точку зрения команды. Это как с бочкой червивого лависа: для одних она представляет ценность, а для других – нет.