Книга Осколок зари, страница 50 – Брендон Сандерсон

— Он именно такой… – Лопен запнулся. – Гениальном?!

— Гениальный? – переспросил Уйо.

— Он оставил в механизме кусочек фольгированного алюминия, – продолжила Рушу. – И это удивительным образом повлияло на взаимодействие сопряженных рубинов. – Она отодвинулась от кресла Рисн, выпрямилась и помахала кому-то.

Кресло задрожало.

— О, и об этом я тоже должна была рассказать! – воскликнула Рушу. – Навани явно расстроилась бы из-за меня. Итак, сопряженные рубины присоединены к якорю на цепи – не к основному, не паникуйте! Мы не собираемся отправить вас в стратосферу. Посмотрите вон туда. Видите дерево? Я попросила матросов принести один из якорей поменьше и привязать его цепь к крепкой ветке обычными канатами.

Действительно, вдалеке кто-то семафорил руками. Рисн разглядела и небольшой якорь, свисавший с дерева. Рушу указала вверх, и матросы что-то сделали с канатом.

Кресло Рисн подскочило фута на два. Она вскрикнула, схватившись за подлокотники. Чири-Чири наконец проснулась, подняла голову и защелкала.

— Оно болтается, – пожаловалась Рисн. – Так и должно быть?

— Нет, – ответила Рушу, улыбаясь. – Уйо, ты понимаешь, что наделал?

— Заставил… качаться? – Его глаза широко раскрылись. – Оно качаться! Качаться право-лево! – Он прокричал что-то на гердазийском, чего Рисн не поняла, а затем, едва сдерживая волнение, схватил Рушу за руку.

Лопен скрестил руки на груди, сидя на камне.

— Соблаговолит ли кто-нибудь объяснить, почему эти покачивания так заворожили вас? – Он покрутил бедрами. – Выглядят забавно, в самом деле. И имейте в виду, Лопен одобряет колебания.

— Можно дотронуться до вашего кресла, светлость? – спросила Рушу. – И немного подвинуть его?

— Да, – согласилась Рисн.

Рушу осторожно толкнула кресло, и оно переместилось на несколько футов в сторону.

— Кажется, вы говорили, что это невозможно! – удивилась Рисн.

— Именно так, – подтвердила Рушу. – Предполагается, что движения сопряженных рубинов зеркальны. Чтобы переместить вас на два фута влево, мы должны были бы переместить этот якорь на два фута вправо. Но мы отлично обходимся и так.

Рисн замерла, пытаясь понять, что из этого следует.

Уйо пробормотал что-то на гердазийском, приложив руку ко лбу, и за его спиной вспухли аж два спрена благоговения.

— Это меняет… все.

— Ну, может, и не все, – пожала плечами Рушу. – Но да, это важно. Рисн, алюминий мешает работе механизма, делая сопряжение неравномерным. Парные рубины по-прежнему передают вертикальное движение, но не боковое. Таким образом, подниматься и опускаться вы будете вместе с якорем, но затем сможете перемещаться в любом выбранном направлении.

— Мне нужен шест, – решила Рисн. – Чтобы проверить, получится ли у меня делать это самостоятельно.

Лопен подобрал одну из валявшихся на камнях веток, подал. Рисн, опираясь о камни, сначала выровняла кресло, а потом, закусив губу, оттолкнулась от них.

Эффект оказался поразительный.

Она пролетела несколько футов так легко, будто скользила по воде в личной гондоле. Чтобы остановиться, ей пришлось втыкать конец ветки между камнями, ведь движению не мешало ничто, сопротивление воздуха не в счет.

А вот развернуть кресло удалось с немалым трудом: вращаться оно отказывалось. Но когда проблема решилась, Рисн возвратилась на прежнее место.