Книга Осколок зари, страница 53 – Брендон Сандерсон

Ничего сложного, никакого сопротивления среды. Но Рисн цепко держалась за планшир, поскольку ситуация, когда корабль поворачивает, а она, несмотря на высокий борт, повисает над океаном, казалась вполне возможной.

Вскоре она оказалась возле сидевшего на палубе Никли. Когда он улыбался, яркие белые татуировки, покрывавшие его кожу, поблескивали.

— Радость. Я читаю это на вашем лице, светлость, – сказал он с легким акцентом. – Прежде ни у кого такой не видел.

Она улыбнулась и, снова развернув кресло – на этот раз спинкой к неспокойному океану, – устроилась понаблюдать за работающими матросами. Корабль качнуло, кресло поехало вбок, и, чтобы остаться на месте, Рисн пришлось ухватиться за Никли.

Да, требуются кое-какие доработки – например, необходимо приспособление, позволяющее прикреплять кресло к фальшборту, когда захочешь остановиться. И все же она едва сдерживала восторг. Рушу подвесила к мачте груз, соединенный с помощью сопряженных рубинов с креслом, и теперь Рисн могла самостоятельно подняться на высоту квартердека. А вот опустить кресло, подняв противовес, без посторонней помощи никак не получалось. Но все равно она наслаждалась небывалой с момента получения увечья мобильностью.

Это было просто чудесно. Настолько хорошо, что Рисн, развернувшись, снова поплыла к носу корабля. И в этот раз заметила, что моряки наблюдают за ней. Заинтересовались ее диковинным летучим креслом? Или опасаются, что она помешает работать, мотаясь туда-сюда вдоль борта? Но вот один кивнул ей, другой вскинул кулак.

«Они поддерживают меня!» – поняла Рисн, ощутив наконец родство с командой.

Ростки взаимопонимания. В самом деле, кого влечет тяжкий труд на парусном судне? Только тех, кто жаждет свободы, кто не готов сидеть сиднем там, где родился, кто хочет увидеть что-то новое. Кто стремится к горизонту.

Не исключено, конечно, что у нее просто разыгралось воображение, но вот еще один моряк, проходя мимо, вскинул кулак. Этот жест, казалось, придал Рисн сил: ловко развернувшись, она устремилась обратно и тут заметила Струну, выходящую на главную палубу.

Время пришло. Рисн кивнула Никли, и тот скользнул по трапу вниз. Скоро, очень скоро подтвердятся ее подозрения. Рисн старалась не думать о том, какие страдания это ей причинит.

Струна остановилась на баке. И Рисн, игнорируя боль в руках – приходилось прилагать изрядные усилия и чтобы остановиться, и чтобы тронуться с места, – в который уже раз развернувшись, направилась к рогоедке и вскоре зависла рядом.

В усовершенствованном кресле Рисн оказалась выше над палубой, чем привыкла. Неужели вскоре она сможет беседовать с людьми глаза в глаза, даже если они стоят? Перестанет чувствовать себя ребенком среди взрослых?

Струна смотрела на северо-запад. Последние несколько дней на горизонте маячила Аймиа – открытый всем ветрам остров размером примерно с Тайлену. Встим прислал Рисн дополнительную информацию – все, что было известно о катастрофе, разразившейся здесь много веков назад, – вполне соответствующую тому, о чем рассказывал Никли. Омывающие Аймиа холодные воды и частые штормы сделали ее бесплодной. Практически необитаемой.

А дальше, судя по картам, лежит безымянный остров поменьше – скорее всего, Акина. До недавнего времени большинство ученых предполагали, что он ничем не отличается от прочих островов Аймианского архипелага, одинаково бесплодных – лишь крем да пыль. Из-за частых локальных штормов и коварных скал чуть ниже поверхности воды этот регион исторически не пользовался популярностью у мореходов.