Книга Осколок зари, страница 87 – Брендон Сандерсон

Исполинское чудовище, так похожее на личинку, покачнулось и рухнуло со смачным хрустом, и Лопен сразу осознал, что зверски проголодался. После тяжелого дня, когда тебе много раз доставалось на орехи, нет ничего лучше для восстановления сил, чем мясо из крабьих ножек.

Уйо выровнял дыхание и с благоговением уставился на свою руку, в которой вновь появился осколочный молот. Потом повернулся к Лопену с глупой ухмылкой, подбежал и помог ему сесть.

С камней открывался великолепный вид на залив, вода в котором забурлила, являя Сияющим еще шесть тварей – родственников поверженной.

— Преисподняя!.. – ахнул Уйо. – У тебя еще остался буресвет, кузен?

— Нет. А у тебя?

— Тоже. Я подзарядился, произнеся слова Идеала, но уже все потратил.

— Понятно. А что ты скажешь на предложение спастись бегством, пристроив своего замечательного кузена на могучей спине?

* * *

Рев был таким громким, что с потолка посыпались камешки. Ордлецы, набросившиеся на Рисн и Струну, замерли. От Никли осталось лишь жалкое подобие человеческого тела, его лицо и грудь были рассечены, кожа свисала кусками с дергающихся фрагментов, внутренности извивались и гудели. Но многие ордлецы обернулись на шум.

Боковая дверь распахнулась еще шире, открыв взорам большой туннель с черепами большепанцирников. Рисн могла поклясться, что все они повернулись и уставились в комнату. Шесть черепов выстроились вдоль сужающегося туннеля – ничто не закрывало обзор каждой паре давно истлевших глаз.

Внезапно возле Рисн что-то затрепетало. Сияющий белый спрен со стреловидной головой, скользящий, будто рыба в невидимом потоке, кружился вокруг нее и Струны. Рев эхом отдавался в ушах Рисн, в ее памяти. Он не повторился, но зато по туннелю разнесся пронзительный визг. А затем на один из черепов, хлопая крыльями и мощно, хотя и негромко взревывая, запрыгнуло крошечное – по сравнению с облюбованным им насестом – существо.

Чири-Чири вернулась. Неужели это она исторгла рев, который потряс Рисн до глубины души? Невозможно поверить – она же такая кроха, словно ребенок с деревянным мечом, затесавшийся в шеренгу рыцарей при полном вооружении… Но тут Чири-Чири поднатужилась и повторила свой грозный рев. Спрыгнув с черепа, она помчалась по камням, не умолкая ни на секунду и взмахивая крыльями, чтобы взлететь повыше при каждом прыжке. Она гневалась всем своим крошечным сердечком – Рисн никогда не видела ее такой возмущенной.

Ларкин подскочила к Рисн, запрыгнула на стол-скамейку и изо всех сил завопила на трех Неспящих. Ордлецы Никли полезли в его тело, и оно вновь стало обретать человеческие черты.

Чири-Чири выглядела превосходно. Тревоживший Рисн меловой цвет ее панциря остался в прошлом, вернулись естественные фиолетовые и коричневые тона. Такая малютка, конечно, никого не могла напугать, но, благослови ее Чертоги, старалась изо всех сил. Она стояла между Рисн и Никли, хлопая крыльями, щелкая острыми многосоставными челюстями и утробно завывая.

— Древний страж, – обратился Никли к Чири-Чири по-прежнему на веденском, стоя по другую сторону «переговорного стола», – мы должны были догадаться, что ты найдешь дорогу в эту комнату, но не тебе защищать ее тайну. С падением твоего вида на себя возложил ответственность мой.

— Тайна, – проворчала Рисн, – которая каким-то образом проникла в мой мозг.