Книга Ритм войны. Том 2, страница 329 – Брендон Сандерсон

Это был далеко не идеальный план, но лучше так, чем позволить Сплавленным убить Сияющих, пока они в коме.

— Даже если ты один выберешься, – сказал Каладин, – так и сделай, не устраивай безнадежный бой. Бери своего спрена и отправляйся к Далинару.

— А ты? – спросил Тефт. – Ты ведь пойдешь за мной, правда?

Каладин медлил с ответом.

— Если я убегу, то и ты убегай, – продолжил Тефт. – Слушай, а что случилось в последние два раза, когда был обнаружен узел?

— Там меня дожидался Преследователь.

— Он придет снова. Ясное дело, это ловушка. Враг не знает, что нам нет дела до узла. Мы пытаемся освободить Сияющих. Так что отвлеки его немного, да, но потом беги, и пусть забирают шквальный фабриаль.

— Могу попробовать.

— Поклянись, парень. Мы больше ничего не сумеем сделать в башне. Нам нужно добраться до Далинара. Я отправлюсь туда со всеми Сияющими, которых смогу спасти. Ты ведь прикроешь меня, верно?

— Конечно, – кивнул Каладин. – Клянусь. Вытащи как можно больше Сияющих, а потом беги. Как только ты это сделаешь, я последую за тобой.

Я люблю искусство человеков. То, как они изображают нас – подобными божествам, в оттенках красного и черного. Мы кажемся демоническими и страшными; они проецируют на нас все, что вызывает у них ужас.

Размышления Эла в первый из Последних Десяти Дней

Далинар вошел в жилище Верховного, обустроенное в военном лагере, и тотчас почувствовал, что попал не в то здание. Наверное, это была кладовка, где хранили лишнюю мебель, собранную из окрестных заброшенных городов.

Но нет, Далинар просто привык к строгой обстановке. Такова была добродетель командира алети на период военных действий – избегать комфорта. Далинар, возможно, иногда хватал лишку, но он действительно чувствовал себя комфортно с простой мебелью и голыми стенами. Даже покои в Уритиру стали слишком захламленными, по его меркам.

Молодой Янагон был воспитан в другой традиции. В приемной было так много дорогой мебели – то роскошная материя, то окрашенная бронза, – что получился лабиринт, по которому Далинару пришлось петлять, пробираясь на другую сторону. В довершение всех трудностей в комнате собрался целый батальон слуг. Далинар дважды натыкался на человека в одеянии с яркими азирскими узорами, которому приходилось забираться на какую-нибудь кушетку, чтобы пропустить Черного Шипа.

Где они все это нашли? А еще гобелены на всех стенах… Неужели притащили издалека? Он знал, что азирцы привыкли к длинным цепочкам поставок – у них не было доступа к такому количеству производящих пищу духозаклинателей, как у алети, – но это все-таки перебор.

«Хотя, – отметил он, поворачиваясь к другой стороне комнаты, – если убийца или даже отряд врагов ворвутся сюда и попытаются напасть на Верховного, это их, конечно, задержит».

В соседней комнате он обнаружил еще бо́льшую странность. Верховный – Янагон Первый, император Макабака – сидел на троне во главе длинного стола. За столом больше никого не было, но он был уставлен зажженными канделябрами и тарелками с едой. Янагон заканчивал завтрак, состоявший в основном из нарезанных фруктов. На императоре был плащ из плотной ткани и богато украшенный головной убор. Янагон ел чопорно, нанизывая каждый кусочек фрукта на шпажку и поднося ее к губам. Казалось, он почти не двигался, держа одну руку поперек груди, а другой манипулируя столовым прибором.