Книга Ритм войны. Том 2, страница 372 – Брендон Сандерсон

Наблюдающие солдаты-тукари начали смыкать круг, но Ишар приказал им отступить. Затем он отскочил от Сигзила, крича на Далинара:

— Сразись со мной, защитник! Один на один!

— Я не взял с собой оружия, Ишар, – сказал Далинар. – Время для состязания защитников еще не пришло.

Ишар сражался блестяще: когда другие ветробегуны пытались объединиться против него, он превращался в размытое пятно со сверкающим клинком, парировал, уклонялся, маневрировал мечом – тот, исчезая на миг, проходил сквозь оружие, отбивающее удар. Ветробегуны только недавно начали отрабатывать такую технику, а Ишар выполнял сложный финт с изяществом опытного бойца.

«Он дуэлянт, причем отменный, – подумал Далинар. – Шквал».

«А чего ты ожидал? – прогрохотал Буреотец у него в голове. – Он защищал человечество на протяжении тысячелетий. Вестники не все были воинами, когда начинали, но стали ими к концу. Три тысячи лет почти постоянной войны меняют человека. Среди Вестников Ишар считался середнячком».

Вестник столкнулся лицом к лицу со всеми пятью ветробегунами сразу и… справился без труда. Он отбил один удар, затем другой, одновременно увернувшись от копья, которым его пытались пронзить сверху, и наконец взмахнул клинком, отсекая наконечники двух неосколочных копий.

Осколочный клинок Сигзила превратился в длинный дуэльный меч, предназначенный для выпадов. Он ударил Ишара в спину, однако Вестник небрежно повернулся, поймал клинок одним пальцем – коснувшись незаточенной кромки – и направил в сторону. Сигзил споткнулся, чересчур приблизился, и Ишар той же самой рукой ударил его в грудь, вынудив растянуться на камнях.

Затем Ишар снова повернулся и клинком отразил удар Лин. Лейтен атаковал, пытаясь обойти с фланга, но по сравнению со старым Вестником он выглядел неуклюжим. К счастью для пятерых, Ишар просто защищался.

Несмотря на все старания, никто не смог его достать. Как будто… как будто он избегал ударов, предугадывая будущее.

«Он середнячок? – переспросил Далинар. – Но… кто был лучшим?»

«Тальн».

«Тот, что сидит в моем лагере? И может только бормотать?»

«Да, – сказал Буреотец. – Это неоспоримый факт. Но будь осторожен; мастерство Ишара как дуэлянта представляет меньшую опасность. Он вернул себе Клинок Чести. Он – узокователь, который не скован никакими обетами».

Ишар внезапно рванулся вперед, навстречу атаке Сигзила. Старик уклонился от удара, затем подскочил и коснулся груди ветробегуна. Когда Ишар убрал руку, за ней потянулась линия буресвета. Он коснулся земли, и Сигзил споткнулся, задыхаясь, – его сияние начало угасать. Ишар, по-видимому, привязал Сигзила к камням чем-то вроде светящейся веревки, которая отводила буресвет в землю.

Не успел Далинар и глазом моргнуть, как остальных постигла та же участь. Один за другим они оказались привязаны к камню. Не оцепенели, не застыли, но их свет уходил, и все они начали спотыкаться, замедляться, как будто вместе с ним их покидала сама жизнь.

Далинар взглянул на Сзета: шинец упал на колени, широко раскрыв глаза. Шквал. Далинару стоило дважды подумать, прежде чем полагаться на убийцу в качестве телохранителя. Навани предупреждала: Сзет был почти так же неуравновешен, как и Вестники.

Далинар не хотел видеть, что произойдет, когда его солдаты утратят весь буресвет. Он собрался с духом и просунул руки между мирами, затем резко соединил сжатые кулаки. В этот миг он объединил три реальности, породив вспышку силы, которая смыла все цвета и наполнила Сияющих светом.