Книга Ритм войны. Том 2, страница 373 – Брендон Сандерсон

Сам Далинар, стоя в колодце света, почти ослеп – силуэты людей сжались до черточек, все тени исчезли. Ишар, однако, не изменился. Вестник побледнел, вытаращил глаза, его выбеленная одежда колыхалась. Он выронил клинок, и тот превратился в туман. Ошеломленный Ишар шагнул к Далинару.

— Как? – Слово прозвучало отчетливо и на фоне беззвучного потока силы, который их окружал, показалось странно неуместным. – Ты… ты смог открыть путь Чести…

— Мы с Буреотцом связаны, – сказал Далинар. – Ты мне нужен, Ишар. Мне не нужна легенда про Вестника Тайн. Мне нужен человек, которым, по словам Эш, ты когда-то был. Человек, готовый рисковать своей жизнью, результатами своего труда и самой своей душой, чтобы спасти всех людей.

Ишар подошел ближе. Держать портал открытым было трудно, но Далинар по-прежнему сжимал руки. Прямо сейчас в этом месте, выкрашенном в белый цвет, существовали только он и Ишар. Вестник остановился в двух шагах от Далинара. Да, встреча с другим узокователем потрясла его.

«Я могу дотянуться до него», – подумал Далинар.

— Мне нужен учитель, – сказал он вслух. – Я не знаю своих истинных способностей. Вражда контролирует Уритиру, но я думаю, что с твоей помощью мы сможем восстановить там Сияющих. Пожалуйста, помоги.

— Понятно, – тихо произнес Ишар, глядя Далинару в глаза. – Итак, враг добрался и до Буреотца. А я так надеялся…

Он покачал головой, затем протянул руку и прижал ладонь к груди Далинара. С трудом удерживая перпендикулярность открытой, Далинар не смог вовремя отодвинуться. Он попытался отбросить перпендикулярность, однако она осталась открытой, когда он развел руки, – сила по-прежнему ревела сквозь нее.

Ишар коснулся собственной груди, создавая линию света между собой и Далинаром.

— Я заберу эту связь с Буреотцом. Понесу ее сам. Я чувствую… что-то странное в тебе. Связь с Враждой. Он видит в тебе… того, кто будет сражаться против него. Этого не может быть. Я возьму и эту Связь.

От Далинара что-то оторвали – как будто саму душу, – и он упал на колени, задыхаясь. Крик Буреотца был ужасен, мучителен и походил на кривую молнию, угасшую раньше положенного срока.

«Нет, – подумал Далинар, – Нет, пожалуйста…»

На белом поле возникла тень. Тень… черного меча. И этот одинокий темный штрих рассек линию, соединяющую Далинара с Ишаром.

Белый шнур лопнул, оборванные концы расплелись на волокна, за которыми волочились клочья тьмы. Ишара отшвырнуло прочь, он ударился о камень. Перпендикулярность оставалась открытой, но ее свет потускнел, и стал виден Сзет – он стоял между Далинаром и Ишаром со странным черным осколочным клинком в руке. Иллюзорная личина растаяла, как краска под дождем, превратившись в свет, который меч засосал в себя, поглотил.

— Где, – тихо спросил Сзет у Ишара, – ты раздобыл меч, который носишь?

Вестник, казалось, не слышал его. Он смотрел на меч Сзета, с которого капал черный жидкий дым. Вокруг него белый свет перпендикулярности искривлялся и поглощался, как вода в канализации.

Сзет развернулся и вонзил меч в самое сердце перпендикулярности. Буреотец закричал в гневе, и перпендикулярность рухнула, сворачиваясь внутрь себя.

В мгновение ока мир снова наполнился красками. Все пятеро ветробегунов лежали на земле, но шевелились. Ишар вскочил на ноги перед Сзетом; рука, которой бывший Убийца в Белом сжимал меч, была обвита черными щупальцами; его оружие источало кошмары и кровоточило разрушением.