Книга Ритм войны. Том 1, страница 132 – Брендон Сандерсон

Вайр. Человек, которого когда-то звали Моашем. Он был одет как солдат, с идеально подстриженными волосами, в строгом мундире, сшитом по человеческому образцу. Это уникум. Почему Девять продолжали его терпеть? Мало того, почему они дали ему Клинок Чести, одну из самых драгоценных реликвий на Рошаре?

Он спустил ногу с карниза. Меч держал на коленях, и тот блестел в лучах солнца, когда его острие двигалось.

— Он остановит вас, – сказал Вайр. – Вы должны придумать план для борьбы с ним.

— Ах, человек, – Рабониэль взглянула на Вайра на его карнизе, – я слышала о тебе. Такой интересный экземпляр. Ты в любимчиках у Вражды.

— Он забирает мою боль и оставляет мне возможность реализовать свой потенциал. Вы не ответили на мой вопрос. Так что же с Благословенным Бурей?

— Я не боюсь ветробегуна, какой бы… мифической ни была его репутация. Мы сосредоточим внимание на узокователе и инозвательнице. Они опаснее любого простого солдата.

— Ну, – сказал Вайр, отводя кончик меча в тень, – я уверен, что ты знаешь свое дело, Сплавленная.

Девять, как всегда, терпели странного человека. Его место определил Вражда. Лешви, казалось, была высокого мнения о нем, – конечно, он однажды убил ее, и это был верный способ завоевать ее уважение.

— Твое предложение смелое, Рабониэль, – сказал один из Девяти. – И решительное. В этом Возвращении мы долго обходились без твоего руководства, и мы приветствуем твое Стремление. Мы будем двигаться вперед, как ты просишь. Подготовь отряд для проникновения в башню, а мы свяжемся с человеком Таравангианом и дадим инструкции. Он может отвлечь узокователя и инозвательницу.

Рабониэль запела в ритме удовлетворенности – это был величественный и решительный звук. Венли не усомнилась, что все собрание было напоказ: Девять даже не сделали паузы, чтобы обсудить план. Они знали, что предложит Рабониэль, и уже проработали детали.

Остальные Сплавленные почтительно ждали, пока Рабониэль – победоносное предложение еще больше возвысило ее в их глазах – шла к выходу. Только один из Сплавленных пошевелился, и это была Лешви.

— Пойдем, – сказала она и поплыла вслед за Рабониэлью.

Венли поспешила присоединиться к Лешви, когда та перехватила высокую фемалену прямо за дверями. Рабониэль посмотрела на Лешви, напевая в ритме насмешки. Они вышли на солнечный свет на крыше балкона вокруг зала. Лестница вниз была справа.

— Почему ты пыталась заблокировать мое предложение, Лешви? Ты уже начала ощущать последствия безумия?

— Я не сошла с ума, но мне страшно, – пропела Лешви в ритме замешательства, и Венли вздрогнула от этих слов. Госпожа Лешви боится? – Ты действительно думаешь, что сможешь положить конец войне?

— Я в этом уверена, – ответила Рабониэль в ритме насмешки. – У меня было много времени, чтобы обдумать открытия, сделанные перед окончанием ложного Возвращения.

Она сунула руку в карман своего одеяния и достала самосвет, лучащийся буресветом, внутри которого шевелился пойманный спрен. Фабриаль, подобный тем, что создавали человеки.

— Они заточили в них некоторых из Несотворенных, Лешви. Как ты думаешь, насколько они близки к тому, чтобы обнаружить, что могут сделать то же самое с нами? Можешь себе это представить? Навсегда заключенная в самосвет, запертая, способная думать, но неспособная когда-либо вырваться на свободу?