Книга Ритм войны. Том 1, страница 130 – Брендон Сандерсон

Лешви двинулась вперед, не дожидаясь, пока Венли объявит ее.

— Мы уже пытались! Мы пробовали захватить башню и потерпели неудачу!

— Ты о чем? – сказала Рабониэль. – То была тактика затягивания, направленная на то, чтобы изолировать узокователя. Та атака никогда бы не увенчалась успехом. Я в ней не участвовала.

— Ты опять забыла свое место, Лешви, – сказал один из Девяти. – Это заставляет нас задуматься, не теряешь ли ты рассудок.

Лешви отступила, и Венли почувствовала, как взгляды остальных тридцати Сплавленных и их Голосов устремились на нее, услышала гудение, которым они пытались ее пристыдить.

— Вы заметно усовершенствовали подавляющие фабриали, – продолжила Рабониэль. – Не забывайте, это технология, которую именно я открыла в самой башне тысячи лет назад. У меня есть план использовать ее более драматичным образом. Поскольку Сородич – это, по сути, мертвоглазый, я хочу обратить защиту башни против ее владельцев.

Голос на другом конце комнаты шагнул вперед и стукнул посохом, объявляя Уриама Непокорного.

— Прошу прощения, – обратился Уриам в ритме нетерпения. – Но ты намекаешь, что можешь подавить силы Сияющих внутри их собственной башни?

— Да, – сказала Рабониэль. – Устройство, мешающее нам атаковать их там, может работать в обратном режиме. Нам придется выманить инозвательницу и узокователя. Их клятвы могут быть достаточно развиты, чтобы прорваться через подавление, как это случилось с Несотворенными в башне в прошлом. После их ухода я смогу провести войско в Уритиру и захватить его изнутри, и Сияющие не смогут сопротивляться.

Девятеро начали петь друг другу наедине, давая всем остальным время пообщаться. Венли посмотрела на свою госпожу. Лешви редко проводила эти минуты в разговорах с другими высшими Сплавленными; в конце концов, она была ниже большинства из них по статусу.

— Я не понимаю, – прошептала Венли.

— Рабониэль – ученая, – сказала Лешви. – Но не из тех, под чьим руководством хотелось бы работать. Мы называли ее Повелительницей боли, пока она не решила, что ей не нравится этот титул. – Выражение ее лица стало отстраненным. – Она всегда была очарована башней и связью между Сияющими. Их клятвами, их спренами. Их потоками. Во время последнего Возвращения она создала болезнь, которая должна была убить всех людей на планете. Ближе к концу было обнаружено, что болезнь, вероятно, убьет и многих певцов. Она все равно выпустила заразу… но нам повезло, и эффект оказался не таким, как ожидалось. Погибло менее десятой доли человеков, и каждый сотый – из певцов.

— Это ужасно! – воскликнула Венли.

— Вымирание – естественная эскалация войны, – прошептала Лешви. – Если ты забываешь, зачем сражаешься, то сама победа становится целью. Чем дольше мы сражаемся, тем более отстраненными становимся. Как от нашего собственного ума, так и от наших изначальных Стремлений. – Она тихонько запела в ритме замешательства.

— Объясни свой план, Рабониэль, – сказал один из Девяти достаточно громко, чтобы прервать все разговоры.

— Я проведу отряд в башню, а затем обеспечу контроль над сердцем Сородича. Используя свои природные таланты и дары Вражды, я изменю это сердце и обращу башню на наши нужды. Люди падут; их силы не сработают, в отличие от наших. После того я за короткий срок узнаю многое, изучая самосветы в сердце Сородича. Возможно, достаточно, чтобы создать новое оружие против Сияющих и человеков.