Книга Ритм войны. Том 1, страница 188 – Брендон Сандерсон

— Что ты знаешь о моих способностях?

— Твои способности – это то, что создало первоначальный Клятвенный договор. Они существовали – и были названы – задолго до того, как были основаны Сияющие рыцари. Узокователь Связал Вестников с Брейзом, сделал их бессмертными и запер там наших врагов. Узокователь сковал другие потоки и привел людей на Рошар, когда они бежали со своего умирающего мира. Узокователь создал – или, по крайней мере, открыл – Узы Нахеля: способность спренов и людей объединяться во что-то лучшее. Ты Связываешь вещи, Далинар. Реальности. Идеи. Людей.

Он окинул взглядом пейзаж, покрытый инеем и украшенный только что выпавшим снегом. Сил предугадала его ответ по тому, как он тяжело вздохнул и стиснул зубы, прежде чем заговорить.

— Даже если бы я мог это сделать, это было бы неправильно.

Она превратилась в маленькую кучку листьев, которые разлетались, трепеща на ветру.

— Тогда я не смогу ему помочь.

— Ты сможешь помочь, не зная точно, что он чувствует. Ты должна быть рядом, чтобы поддержать его.

— Я стараюсь. Иногда кажется, что он меня даже не хочет видеть.

— Скорее всего, именно тогда он больше всего в тебе нуждается. Нам не дано заглянуть в душу другому человеку, светлость Сильфрена, но все мы знаем, что такое жить и испытывать боль. Вот такой совет я дал бы другому. Не знаю, подходит ли он тебе.

Сил посмотрела вверх, вдоль указующего перста башни, поднятого к небу.

— У меня… был когда-то другой рыцарь. Мы пришли сюда, в башню, когда она была еще жива, – хотя я не совсем помню, что это значило. Я потеряла воспоминания, когда… испытала боль.

— Какую боль? – спросил Далинар. – Какую боль чувствует спрен?

— Он умер. Мой рыцарь, Реладор. Он пошел воевать, несмотря на свой возраст. Он не должен был этого делать; и когда его убили, это было больно. Я почувствовала себя одинокой. Такой одинокой, что меня унесло ветром…

Далинар кивнул:

— Я подозреваю, что Каладин чувствует нечто подобное, хотя, судя по тому, что мне говорили о его болезни, у нее нет конкретной причины. Иногда его… будет уносить ветром, если следовать твоим словам.

— Темный мозг, – сказала Сил.

— Подходящее обозначение.

«Может быть, я уже понимаю Каладина, – подумала она. – У меня какое-то время был свой собственный темный мозг».

Надо вспомнить, на что это было похоже. Она поняла, что ее ответственный мозг и детский мозг объединились, изо всех сил стараясь забыть ту часть жизни. Но Сил контролировала ситуацию, а не эти два мозга. И может быть, если она вспомнит, что чувствовала в те давние темные дни, она сможет помочь Каладину в его нынешних темных днях.

— Спасибо, – сказала она Далинару. Мимо пролетела стайка спренов ветра, она посмотрела на них, и в кои-то веки ей не особенно хотелось броситься в погоню. – Я думаю, ты мне помог.

Давным-давно один ученый, которого никто не помнил, назвал Сья-анат Отнимающей Секреты. Ей нравилось это имя. Оно подразумевало действие. Она не просто слышала секреты, она их забирала. Она делала их своими.

И она их берегла.

От других Несотворенных.

От Сплавленных.

От самого Вражды.

Она текла через дворец в Холинаре, существуя между Физической и Когнитивной реальностями. Как и многие из Несотворенных, она не принадлежала полностью ни той ни другой. Вражда поймал их в ловушку половинчатого существования. Некоторые из них проявлялись в различных формах, если слишком долго находились в одном месте или были призваны сильными эмоциями.