Книга Ритм войны. Том 1, страница 252 – Брендон Сандерсон

— Не хочу портить твой образ.

— Женщина имеет право обнять свою мать, не так ли? Моя репутация не рухнет из-за того, что я проявила привязанность.

Тем не менее она не стала обнимать Навани снова, а вместо этого взяла за руку.

— Прости. В последнее время у меня не было времени на семью. Я всегда говорила себе, что, когда закончу свои путешествия, буду усердно трудиться, чтобы быть доступной для всех вас. Я признаю, что семейные отношения нуждаются в дополнительном времени, чтобы… – Ясна тяжело вздохнула и прижала защищенную руку ко лбу. – Я как будто цитирую исторический трактат, а не говорю по-человечески, верно?

— На тебя сильно давят, дорогая.

— И об этом давлении я сама просила, охотно на него согласилась. Самые быстрые изменения в истории часто происходят во времена раздоров, и это важные моменты. Но ты тоже важна. Для меня. Спасибо. За то, что всегда была собой, несмотря на возвышение царств и падение народов. Я не думаю, что ты можешь понять, как много значит для меня твоя постоянная сила.

Какой необычный разговор. Навани поймала себя на том, что улыбается. Она сжала руку Ясны, и это мгновение – когда она заглянула под маску – стало более драгоценным, чем сотня неловких объятий.

— Присмотри за малышом Гэвом, – попросила Навани. – Не знаю, что и думать о том, что он отправился с Далинаром.

— Мальчики младше его идут в походы.

— В места не столь близкие к фронту, – возразила Навани.

Это был важный нюанс, который многие из их союзников неправильно истолковывали. Но нынче, со Сплавленными, которые могли летать, любое место могло стать полем битвы.

— Я прослежу, чтобы он держался подальше от сражения, – пообещала Ясна.

Навани кивнула:

— Твой дядя считает, что он подвел Адолина и Ренарина в детстве, проведя так много времени в походах и так мало времени с ними, когда они были маленькими. Теперь он намерен наверстать упущенное. Я могу понять его чувства, но… просто присмотри за ними обоими ради меня, пожалуйста.

Ясна вернулась в паланкин, Навани отступила. Знамена трепетали на ветру, издавая звуки, похожие на аплодисменты, пока лучшие солдаты Далинара выстраивались рядом с ним, королевой и Таравангианом. Несмотря на то что холодный воздух пронизывал ее шаль, Навани была полна решимости остаться и наблюдать, пока не получит известие через даль-перо, что они прибыли в Азир.

Пока она ждала, подошел Себариаль. Дородный бородач стал носить одежду более подходящую к его внешнему виду: что-то напоминающее наряд тайленского купца, с брюками и жилетом под длинным кителем офицера-алети, который носили расстегнутым. Навани не знала, стоит ли приписывать превращение Палоне, или Адолин наконец добрался до великого князя – но это было заметно лучше, чем ансамбль на основе такамы, который когда-то любил Себариаль.

По приказу Далинара на войну отправилась бо́льшая часть великих князей. Такова была традиция алети: быть предводителем народа, по сути, то же самое, что быть полководцем. Если король шел на войну, за ним следовали великие князья. Это настолько укоренилось в них, что трудно было вспомнить, что другие культуры – как азирцы, так и тайленцы – поступали иначе.

Из прежних великих князей мало кто остался. Пришлось заменить Ваму, Танадаля и – совсем недавно – Садеаса дальними отпрысками, верными Далинару и Ясне. Но создать репутацию и княжество в изгнании было непростой задачей. Сын Ройона не справлялся с обязанностями именно по этой причине.