Книга Ритм войны. Том 1, страница 275 – Брендон Сандерсон

Нотум застыл, потом резко повернулся.

— Капитан? – переспросил он, склонив голову набок. – Ты что, не видишь, как я одет?

— Вы… в увольнительной?

— Меня отстранили от службы, – сказал Нотум, – за то, что я отпустил Древнюю дочь после того, как захватил ее. Я провел пять месяцев в тюрьме, а когда меня выпустили, то понизили до предельного ранга, какой существует у спренов. Мне велено провести два столетия, патрулируя пустошь между этим местом и Стойкой Прямотой, бесконечно странствуя туда-сюда. Мне нельзя ступить в Стойкую Прямоту. Я могу смотреть на нее, но не могу войти.

— До каких пор? – спросил Адолин. – Пока не… закончится патрулирование?

— Навеки, принц Адолин. Я изгнан. – Он посмотрел на небо, где мерцающие огни указывали, что в Физической реальности начинается буря. – Я знал, что делаю, с какими силами играю, когда отпустил вас. Скажи хотя бы, ты его спас? Узокователя?

Адолин сглотнул, во рту у него пересохло. Изгнан навечно? Потому что поступил правильно? Адолин не надеялся, что спрены чести из Стойкой Прямоты окажутся похожими на Сил, но рассчитывал иметь дело с кем-то вроде Нотума. С суровым, строгим, но в конечном счете справедливым народом, способным прислушиваться к голосу разума.

Но если они обошлись с Нотумом, который казался безупречным воплощением приличий и честности, таким ужасным образом… ох, ветры шквальные!

Нотум все еще ждал ответа. Он отпустил Сил и остальных, потому что Каладин настаивал, что они должны спасти Далинара. Адолин хотел бы заверить Нотума, что его жертва оказалась жизненно важной… Но слова не шли. Этот спрен заслуживал узнать истину.

— Он спас нас, Нотум, – сказал Адолин. – Мой отец в конечном итоге не нуждался в помощи, хотя я думаю, что Шаллан и Каладин помогли переломить ход битвы в нашу пользу.

Нотум кивнул:

— Я иду по этой дороге к Стойкой Прямоте, но буду вынужден повернуть назад, когда окажусь достаточно близко. Возможно, мы еще встретимся в пути, человеческий принц, и я смогу отговорить тебя от этой миссии.

И он ушел.

Уа’пам и Зу уже были на барже, и они, по-видимому, устроили отряд Адолина в одном из нескольких лагерей, разбитых за городом. Поэтому Адолин помог остальным разгружать снаряжение – выводил лошадей, переносил оружие, при этом не переставая размышлять.

В Тайленском сражении Адолин оказался лишним. Теперь судьбу мира решали боги и Сияющие, а не красивые, молодые светлоглазые, которые воображали себя искусными мечниками. Лучшее, что он мог сделать, – смириться с этим, а потом отыскать способ приносить пользу.

Он придумает, как заставить спренов чести выслушать его. Обязательно придумает.

Я не согласен с их подходом. Если ты и впрямь сумеешь удержать Вражду в пределах его узилища на некоторое время, это даст нам возможность строить планы. Угроза превосходит возможности одного Осколка.

Даже спустя несколько недель после первой встречи с представителем доселе неизвестного Венли тавро Сплавленных она ловила себя на том, что изумленно таращится на этих существ.

Макай-им, или Те, кто из глубин, имели доступ к одному из ее собственных потоков, то есть могли превращать камень в жидкость.

У Глубинных была гладкая кожа, без волос и почти без панциря, – только на черепе и над гениталиями. Это позволяло демонстрировать яркие узоры, с головы до пят покрывающие гибкие тела. Длинноногие и длиннорукие, они напоминали Венли ее нынешнюю форму – высокую, но не тощую, как у Рабониэли и строителей, подобных ей.