Книга Первый среди равных. Через смерть, страница 79 – Павел Чук

Карета остановилась. Я вышел и обомлел. Это не загородный дом, а целая резиденция с огромной открытой территорией, множеством строений и замком, возведённом подле замерзшего рукотворного озера. На льду кружилась, весело смеясь, с трудом различимая фигура. Но весёлый смех и тонкий, пронзительный голосок я узнал сразу и застыл, боясь спугнуть видение.

— Господин капитан, разрешите обратиться! – громкий окрик вывел из задумчивости. Третий день я принимаю дела в гарнизоне, а так и продолжаю иногда выпадать из объективной реальности. Мысли о милом создании не отпускают. Грешным делом думал, а не влюбился ли я? Но отметал эту мысль, заставляя себя окунуться в работу. Ночью ходил, проверял посты, а днём закапывался с головой в бумажную волокиту, но ничего не помогало. Даже вскрытое письмо Императрицы Доанны Первой с инструкциями держаться на расстоянии от охраняемой особы и каждый месяц докладывать обо всех посетителях не отрезвили мой пыл. Я не мог отделаться от преследующего меня образа юной особы.

— Обращайтесь, – ответил лейб-лейтенанту со смешным именем Захирки́. Как ни странно, но во вверенном мне подразделении всего трое офицеров вместе со мной. Два лейтенанта командовали взводами и я — командир роты. Основная нагрузка ложилась на младший и средний сержантский состав. Это было и понятно — война. Офицеры нужны на фронте. Тем удивительнее принятое решение направить боевого офицера в глубокий тыл охранять пусть и члена императорской семьи, но бывшей императорской семьи и не столь важную в текущей ситуации особу.

— Господин капитан, согласно вашему приказанию, разработан план тренировок личного состава. Разрешите представить?

— Представляй, только коротко, – ответил, удовлетворившись уставным ответам и выправке лейтенанта. А то по прибытию меня ожидала неприятная картина. Мало того, что карету в охраняемый периметр пропустили без досмотра, так никто даже её не остановил. Не проверил, кто это въезжает на охраняемый объект. То есть был полный бардак, за исправление которого я и принялся в тот же день. Установил пост на въездах, распорядился организовать пешие патрули и караульную службу.

Лейтенант продолжал докладывать о намеченном плане, а я не удержался и перебил его:

— Лейтенант, кто до меня командовал ротой? – этот вопрос меня интересовал постольку поскольку, но было интересно, вместо кого меня назначили.

— Штабс-капитан Синитори. Он неоднократно просился о переводе, вот его просьбу и удовлетворили. Не знаю, в столице он теперь служит или отправился на фронт, но…

— Договаривайте, лейтенант, не стесняйтесь, – подбодрил его, видя, как совсем молоденький офицер замешкался.

— Штабс-капитан из семьи знатных дворян и сильно сокрушался, что ему приказано следить за дочерью того, кому он когда-то присягал, – набравшись смелости, выпалил лейтенант.

— Не следить, а охранять. Идёт война и враг может воспользоваться… — я говорил и говорил, не веря своим словам. Не сразу, но я понял, что эну Линесса находится фактически под домашним арестом. За пределы резиденции никуда не отлучается, даже не делает попытки. Долгое время проводит сидя в библиотеке или изредка гуляет в саду, но за короткое время моего здесь пребывания, мне показалось, что она смирилась со своей участью.