Книга Пламя и кровь, страница 16 – Тимофей Афаэль

— Не скажу тебе ничего, мерзкое отродье! — завопил этот дурак. — Ты гадкий колдун! Исчадие тьмы!

Я только вздохнул тяжело. Вот уж не думал, что меня назовут колдуном. У него в голове все вверх дном. И тут до меня дошло: — Так, стоп. Ты с чего взял, что я колдун⁈

— Я ничего не скажу! — продолжал повторять этот дурак.

Хруст его пальца прозвучал в пещере достаточно громко, и он завопил. Орал как свинья перед забоем громко и визгливо. У меня аж в ушах зазвенело.

— Где взял перстень? — спросил я еще раз, примериваясь уже ко второму пальцу.

— Купил! Купил в лавке антиквара! — захлебываясь слезами и соплями провыл он.

Снова хруст и снова вопль. Потише на этот раз.

— С каких пор антиквары продают магические перстни кому попало⁈ За дурака меня держишь⁈ Я буду ломать тебе кости по одной пока ты мне не скажешь и будь уверен, правду я отличу! — ложный священник снова хрустнул пальцем. Это я для того, чтобы мои слова лучше доходили.

— Мне его дал основатель культа! — провыл мужик. — Больше ничего не знаю! Я хотел служить богу, чтобы получить силу! Собрал паству, а он через время сам вышел на меня и попросил организовать здесь алтарь! Сказал, что они культ кровавого бога!

— Зачем? Что толку от вас, идиотов, в этом месте⁈ — рыкнул я, все сильнее раздражаясь.

— Мы должны были приносить жертвы для бога крови! Мы убивали их, кровь собирали в сосуд, а потом отдавали его посланнику! — выл этот урод. — Желобки на статуе! По ним кровь течет в сосуд!

— Вон тот⁈ — я разглядел большой, бронзовый котелок, который стоял в основании статуи.

— Да!

— Понятно. Больше ничего⁈ — я его тряхнул на всякий случай.

— За кровь я получал деньги, чтобы кормить паству! Это все!

— Неплохо устроился, — хмыкнул я и схватил его за шкирку. — Сейчас ответишь мне на еще один вопрос, и я тебя отпущу.

— Правда? — с надеждой спросил он, прижимая раненую руку к груди.

— Ага, — я улыбнулся, глядя на него, подхватил на руки и бросил прямо на здоровенный шип, торчащий из статуи.

Шип с хрустом пробил его грудину, надежно фиксируя жертву. Статуя засветилась и принялась вытягивать кровь из раны. Бурая жидкость потоками устремилась вниз и попадала темнёхонько в чашу, с которой тоже не все было просто.

Чаша тонко, на грани слышимости гудела и вибрировала. Жидкость, попадая туда, дрожала, а потом медленно высыхала, превращаясь в кристаллы.

Вскоре труп совсем усох. Даже кожа у него посерела. Статуя перестала светиться, а чаша гудеть. Процесс изъятия крови завершился.

— Занятно, — я собрал из чаши кристаллы, которых получилось не так уж и много, в мешочек, а потом изо всех сил толкнул статую.

Та упала и раскололась с громким хлопком. От этого хлопка куски статуи разлетелись в мелкое крошево, будто хрусталь разбился. Опять магия.

Чашу же я просто раздавил ногой и обратил внимание на сидящих тихо как мыши пленников.

— Так, и что мне с вами делать? — поинтересовался я, подходя к клетке. — Много вы видели, болтать станете.

— Господин, я нем как рыба! Отпустите нас пожалуйста! — юркий мужичок приник к прутьям, просяще глядя на меня.

— Тихо, я не с тобой разговариваю! — рыкнул я, осматривая остальных, которые просто молчали.

Мне еще по дороге показалось, что они все друг друга знают.

— Расскажи мне, почему вы должны жить? — я уставился на русоволосую. Та подобралась и теперь настороженно смотрела на меня.