Книга Дикая кровь, страница 175 – А. Дж. Врана

Она напряглась в ожидании боли, либо своей, либо Кэлан. Вместо этого раздалось дикое рычание, перемежаемое криками Петра и Алины, и сердце Мии заколотилось где-то в горле. Она упала на траву рядом с Кэлан и схватила девушку за плечи.

Темная пасть сомкнулась на плече Петра. Мягкие уши прижались к волчьему черепу. Глубокий рык, вибрирующий сквозь оскаленные клыки. Темно-красные глаза, словно кровь, струящаяся по белому шелку.

Кай бросился на Петра, как оголодавший мародер, не обращая внимания на опасность. Он взлетел достаточно высоко – сто сорок фунтов когтей и зубов. Это была неуклюжая, безрассудная, отчаянная попытка спасти чью-то жизнь. Угол вышел неудачный, пощадивший яремную вену Петра.

Он изогнулся, держа пистолет наготове, и выстрелил. Рык Кая оборвался, когда пуля попала ему в бок, но он не сдался. Сильно встряхнувшись, он вцепился в горло Петра, впиваясь когтями в плоть, волк боролся, стараясь свалить свою жертву. Обезумев от отчаяния, Петр выстрелил снова, на этот раз выше, ближе к сердцу.

Воздух пронзил стон, и Кай с глухим стуком упал на землю. Крови не было видно на мехе цвета сажи, но Мия знала, что она там была. Резкий крик сорвался с ее губ, когда Кай приподнялся, но тут же рухнул на землю с хрипом. Ама, прихрамывая, бросилась вперед, но оказалась недостаточно проворной. Петр нажал на спусковой крючок в третий раз.

Пистолет щелкнул. Пули закончились.

С отчаянным воплем Петр опустил рукоять пистолета на голову Кая. Волк взревел и бросился на нападавшего, щелкая клыками. Едва увернувшись от него, Петр схватил свою ошеломленную дочь и потащил ее прочь. Приближаясь, Ама споткнулась, рана на ноге была достаточно серьезной, чтобы помешать преследованию. Она встала между Каем и отступающим Петром, защищая сородича.

Мия едва ли замечала, как крепко она держала Кэлан, пока девочка не пошевелилась. Адреналин наполнил ее вены, замедляя движение крови. Она задрожала, ее тело отказывалось двигаться, несмотря на желание. Все это время девушка была без сознания, предоставив Аме защищать их, заставив Кая броситься на социопата и принять своим телом пули, предназначенные кому-то другому.

Кэлан сжала руку Мии, и дрожь прекратилась. Пробужденная и попавшая в кошмар Сновидица сдержала непрошеное рыдание, стиснув зубы, пока ярость не стала настолько чудовищной, что ее было невозможно сдержать.

Затем она закричала.

Кай

Кай понял, что идет по верному следу, когда каждая косточка в его теле начала ломаться в процессе превращения. Осознав, что леший пришел за Петром и что Алина пропала, Кай бросился из особняка, не обращая никакого внимания на то, что могли заснять камеры. В ту секунду, когда он приблизился к отцу и дочери, превращение сразило его, как товарный поезд. Он даже не пытался сопротивляться. Сброшенная одежда, каждая клеточка тела в огне, он переступил границы плоти, костей и крови. Когда он увидел пистолет, направленный на Кэлан – на Мию, – то не раздумывал дважды.

Первая пуля прошла навылет через мышцу, но вторая задела легкое. Этого оказалось достаточно, чтобы остудить его пыл, и Каю стало трудно втягивать воздух. Боль пронзила его грудь, впиваясь в ребра, пока он пытался сосредоточиться. Когда этот чертов пистолет издал последний бессильный щелчок, Кай понял, что ему повезло. Еще один свинцовый самородок, попавший в нужное место, мог бы решить его судьбу.