Книга Чун Цзы. Книга 1, страница 249 – Шу Кэ

Она была всего лишь глупым добрым ребенком, которого все использовали. Терпела несправедливость и брала на себя вину. Она отказалась уйти, соглашаясь на смерть. Все это было предначертано. В тот день, когда он впервые привел ее на пик Пурпурного бамбука, она так крепко цеплялась за него, боясь отпустить. Безгранично доверяла ему, терпела издевательства других учеников, приняла изгнание на гору Куньлунь, терпела невзгоды в землях Вань Цзе, терпела его собственные упреки и обвинения без единой жалобы. Разве могла она быть в сговоре с демонами? Все видели это. Разве мог он, ее учитель, не видеть?

Она ошибалась, ведь изначально не нуждалась в его прощении.

Он растил ее, учил, но при этом всегда был начеку. Его отказ обучать ее магии и вечная тревога – всего лишь признаки недоверия. Наверное, после всего, что происходило с ней, он начал терять уверенность в самом себе и так же, как Юй Ду и остальные, принялся винить ученицу, считая, что ее смерть – лучший выход. То был всего лишь предлог. Тщетная попытка облегчить смятение в сердце. Договор со своей совестью.

Если нельзя остановить, стоит отступить. Покориться судьбе.

Минь Юньчжун? Юй Ду? Никто бы не смог приговорить ее к смерти. Только он. Его отказ бороться за воспитанницу причинил наибольший вред. Он мог лгать ей, мог лгать всем, только не себе. Восемь лет он был рядом. Знал ее характер, ее мысли. Она всегда была ему верной ученицей. Всегда. Он беспокоился за нее, злился, но никогда не чувствовал разочарования.

Она не была ни в чем виновата, но ей было суждено оказаться брошенной.

Странная судьба, роль разменной монеты в игре демонов, необъяснимая связь с жетоном Верховного демона… Что могла она принести миру бессмертных: благополучие или гибель? Он должен был сделать выбор. Этот выбор был самым правильным. Но что с того?

Ничего из этого не снимало его долга перед ней. Как глава Союза Бессмертных, разве имел он право приносить в жертву невинного ребенка лишь из-за того, что тот был рожден с темным духом? Платить за спокойствие бессмертных ее жизнью, сдаться перед судьбой – это лишь показывает его бессилие. Он вообще недостоин был зваться ее наставником!

Яд разлился по жилам, обреченный на всю жизнь остаться с ним. Только больше не будет в этой жизни ни ненависти, ни любви.

За спиной раздались шаги. Кто-то явно хотел быть услышанным.

Подавив яд желания, Ло Иньфань медленно поднял руку, равнодушно стирая с губ следы крови.

Меч Разгоняющий волны пронзил каменный мост, войдя в него по самую рукоять.

— Брат! – Юй Ду вздрогнул.

— Этот меч бесполезен. Достаточно, – спокойно произнес Ло Иньфань и медленно направился к залу.

За главной вершиной горы Наньхуа меч Восьми пустошей сиял мягким голубым светом. Молодой человек в белом стоял на клинке, холодно глядя на девушку напротив.

— Зачем ты это сделала?

— Думаешь, это я?

— Именно ты пустила слух об осколке души Вань Цзе.

— Кто тебе сказал?

— И это ты впустила ее в пещеру, – холодно продолжил Цинь Кэ. – Но почему? Ты ведь всегда была с ней бессердечна.

Вэнь Линчжи побледнела как полотно и, холодно усмехнувшись, добавила:

— Да, в твоих глазах я всегда была жестокой, злой и бессердечной. – Она подняла на него взгляд. – Это правда, я ненавидела Чун Цзы. Ненавидела с первого дня нашей встречи. Она была просто уродливой нищенкой без положения. С какой стати ей так повезло, что она стала ученицей почтенного Чунхуа! И ты! Чем сильнее защищал Чун Цзы, тем сильнее я ее ненавидела! Внешность, способность к магии… чем она лучше меня?!