Книга Темный Лорд устал. Книга Vlll, страница 100 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Потом он снова повернулся к экрану. Искры вокруг него стали ярче. Воздух в штабе, судя по картинке, начал дрожать от жара.

— Ты, — прорычал он, глядя на Фею. — Ты смеешь…

— Я смею много чего, — Фея зевнула, прикрыв рот крошечной ладошкой. — Например, смею напомнить, что вы уже пять минут занимаете канал связи и до сих пор не объяснили цель вашего визита. Это невежливо. У нас тут работа, знаете ли.

Семён втянул воздух и обнаружил, что губы у него сами собой растягиваются в улыбке.

Вокруг него, на всей стройке, люди смотрели в телефоны с одинаковым выражением — смесью изумления и злорадного удовольствия. Маги S-класса, которых все боялись до дрожи в коленях, которые могли испепелить город одним взмахом руки, сейчас выглядели как клоуны.

И вся Империя это видела.

Фея вздохнула и покачала головой.

— Ладно, ладно, не кипятитесь, — она отложила папку и сняла очки. — Сейчас позову, а то вы нам всё оборудование перегрузите своим криком. У нас тут чувствительная аппаратура, между прочим.

Она махнула крошечной рукой куда-то за пределы экрана, и картинка справа начала меняться.

Семён подался вперёд, едва не ткнувшись носом в телефон.

Тёмный кабинет с Феей исчез. Вместо него на экране появился залитый солнцем сад, полный зелени и цветов. Деревья с густыми кронами, дорожки, выложенные светлым камнем, клумбы с чем-то ярким и душистым. Птицы на ветках, бабочки над цветами. Всё это выглядело настолько живым и настоящим, что Семён почти почувствовал запах.

Посреди этого великолепия, в плетёном кресле за маленьким столиком, сидел человек.

Семён видел его раньше, на тех самых запрещённых трансляциях. Калев Воронов, хозяин Эдема, мятежник, враг Империи. Он выглядел именно так, как на всех записях — спокойный, расслабленный, с лицом человека, у которого нет ни единой заботы в мире.

Перед ним на столике стояла чашка с чем-то дымящимся. Чай, наверное, или кофе. Воронов смотрел куда-то вдаль, будто любовался видом.

— Воронов! — голос Люмиса прорезал идиллию. — Пади ниц! Предстань перед лицом правосудия Императора! Твоё время истекло!

Воронов даже не повернул головы.

Он сделал глоток из чашки, поставил её обратно на столик и продолжал смотреть куда-то в сторону, будто не слышал. Будто на экране рядом с ним не бесновался один из самых могущественных магов Империи.

— Ты слышишь меня, мятежник⁈ — Люмис шагнул к камере, и его лицо заняло половину левой части экрана. — Я, архимагистр Валериан Люмис, именем Императора приказываю тебе сдаться! Немедленно!

Воронов сделал ещё один глоток чая.

Семён услышал, как Лёха рядом с ним тихо выругался от изумления. Они все смотрели на человека, который игнорировал S-класс так, будто тот был назойливой мухой.

— Если ты не сдашься добровольно, — продолжал Люмис, и его голос стал угрожающим, — мы выжжем твой «рай» до основания. От этого места останется стеклянная пустыня. Ни одно живое существо не уцелеет.

Воронов наконец повернулся к камере. Посмотрел на Люмиса со скучающим спокойствием. Так смотрят на соседского ребёнка, который опять залез в чужой сад за яблоками.

И ничего не сказал.

В этот момент в кадр вошла женщина.

Семён узнал её — Алина, кажется. Техническая директор Эдема, она часто появлялась на трансляциях Даниила, объясняла что-то про заводы и технологии. Молодая, деловая, с планшетом в руках, который она не выпускала, похоже, даже во сне.