Книга Темный Лорд устал. Книга Vlll, страница 97 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Молодой маг расхохотался.

— Отличная идея, магистр. Рейтинги зашкалят.

— Он не сдастся, — сказал Брусилов.

Все посмотрели на него. Люмис приподнял бровь.

— Простите?

— Воронов. Он не станет сдаваться. Слишком гордый.

Люмис улыбнулся улыбкой человека, который услышал забавную шутку от ребёнка.

— Генерал, гордость — это роскошь, которую могут позволить себе сильные, а ваш Воронов — просто выскочка. Да, он что-то умеет. Это нельзя не признать, но лишь он инженер, а не маг. Когда он увидит, на что способен настоящий S-класс, будет умолять о пощаде.

Связист повернулся от пульта.

— Канал установлен, господин архимагистр. Эдем на связи.

Люмис одёрнул мантию и встал перед экраном. Поза и выражение лица — всё говорило о человеке, который привык к безоговорочному повиновению.

— Включай.

Экран мигнул и засветился.

Брусилов стоял в стороне и смотрел. Внутри разливалось мерзкое, злорадное и прекрасное тепло. Он чувствовал предвкушение.

Маги S-класса. Пятеро «Богов», способных превращать города в пепел. Против них не устоит никто.

И уж точно не устоит какой-то садовник с его деревьями.

Брусилов смотрел на экран, где вот-вот должно было появиться лицо Воронова, и беззвучно шевелил губами.

— Ну всё, мальчик. Поиграл в Бога — и хватит. Сейчас придут настоящие.

Семён

Семён Кротов работал сварщиком двадцать лет и за эти годы успел убить спину, сжечь руки в десятке мест и научиться ценить редкие минуты покоя. Сейчас он сидел на бетонном блоке за вагончиком прораба, жевал бутерброд с колбасой и смотрел в экран смартфона. Рядом устроились Петрович и Лёха, и оба занимались тем же самым.

Стройка затихла на час. Где-то наверху гремели краны, матерились монтажники, визжала болгарка, но здесь, в закутке между штабелями арматуры, было почти уютно. Можно было поесть, покурить и посмотреть то, что смотреть не положено.

Лёха нашёл новый выпуск первым и сразу ткнул телефон под нос Петровичу.

— Гляди, вчерашнее. Про школы у них. Там парты из какого-то особого дерева, сами подстраиваются под рост ребёнка. И учебники бесплатные раздают.

— Брешут, — буркнул Петрович, но сам подвинулся ближе, вытягивая шею, чтобы лучше видеть экран.

Семён открыл свой телефон и нашёл нужный канал. Трансляции Эдема появлялись в сети регулярно, и власти ничего не могли с этим поделать. Их глушили, блокировали, грозили штрафами за просмотр, но записи всё равно расползались по сети. Люди пересылали их друг другу, смотрели тайком в обеденные перерывы, обсуждали шёпотом в курилках.

Все знали, что это опасно и все смотрели.

На экране улыбался Даниил, который вёл эти передачи. Голос Эдема, как его называли. Сегодня он показывал поля — бесконечные ряды посевов под ярким летним солнцем. Люди в комбинезонах с какими-то эмблемами проверяли урожай, смеялись, махали в камеру. На заднем плане ползали странные машины, похожие на гигантских жуков.

Потом камера переключилась на ферму. Коровы, загоны, трактора. Всё чистое, ухоженное. Даниил что-то рассказывал о новых технологиях выращивания, о том, как они победили дефицит продовольствия, о планах на осенний урожай.

Семён смотрел на это и думал о том, о чём думать не следовало.

В Столице дела шли неважно. Цены ползли вверх каждую неделю, а зарплата оставалась той же, что и год назад. Его жена Нина вчера два часа простояла в очереди за молоком и вернулась с пустыми руками, потому что на всех не хватило. Дочке Маши в школе опять какие-то поборы, которые проводили регулярно.