Книга Темный Лорд устал. Книга Vlll, страница 78 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Хорошие были две недели. Продуктивные.

Но Империя не остановится. Брусилов конечно просто упёртый идиот с пушками, но за ним стоят люди гораздо серьезнее. Тот же Долгорукий и Совет Кланов — стервятники, которые задвинули Императора и теперь жируют на теле государства. Они не умеют созидать, только жрут. И по моему опыту, за стервятниками всегда кроется кто-то ещё. Теневые игроки, которые и руководят всем этим фарсом.

Именно фарсом я могу назвать то, что они устроили. Такая глупость, что даже скучно.

Однако, рано или поздно они поймут, что железо тут бессильно. Пришлют магов, зальют лес боевой алхимией или вытащат из арсеналов какую еще ядреную дрянь. Поэтому мне нужен аргумент, который закроет этот вопрос раз и навсегда.

Иногда я ловил себя на мысли, что мне не хватает той абсолютной, разрушительной простоты, которой я обладал. Будь у меня мой прежний резерв Бездны, я бы стер армию Брусилова в пыль одним жестом. Но ту силу я добровольно слил в артефакт при уходе, а реанимировать её здесь оказалось весьма сложно.

Местная мана, скрытая в кристаллах Разломов, слишком рыхлая и хаотичная. Чтобы перегнать её в плотную анти-материю Тьмы, мне пришлось бы выпотрошить тысячи Разломов, выжигая собственные духовные каналы чудовищным сопротивлением. Пытаться вытянуть нужный объем из Лей-линий, как я делал это в самом начале? Самоубийство для этой смертной оболочки. Я уже видел этот токсичный энерго-гудрон, забивший вены планеты. Чтобы его отфильтровать, я потрачу больше, чем получу, и заодно обесточу Росток, убив свой собственный Эдем.

Ритуал Дарины был редким исключением. Мне повезло. Они сами принесли мощнейший ингредиент, а Дарина щедро добавила свою силу. Это был концентрированный поток — мне оставалось только открыть каналы и поменять полярность поглощения. Но рассчитывать, что Империя снова любезно поднесет мне такой коктейль на блюдечке, было бы глупо.

К тому же… мой сосуд тоже изменился.

Там, в Котовске, я выжег остатки Бездны до звенящего вакуума. И на этом пустом, мертвом месте укоренилась Жизнь. Росток не просто дал мне энергию, он встроился в саму архитектуру моей души. Корни проросли там, где раньше текла Тьма. Если я сейчас попытаюсь силой высечь внутри себя искру Бездны, новый симбиоз отторгнет её. Конфликт несовместимых стихий просто разорвёт эту смертную облочку изнутри.

Я сделал шаг на подвесной мостик. Шаги гулко отдавались в пустоте.

Мой инструмент теперь — Жизнь. И в этом крылась главная проблема. По своей природе она не предназначена для того, чтобы нападать и уничтожать. Жизнь стремится цвести, исцелять, адаптироваться. В ней нет той прямолинейной смертоносности, к которой я привык. Сама по себе она не стирает города.

Но я — Архитектор. И если моя новая сила отказывается убивать… значит, я заставлю её. Если у неё нет клыков и когтей, я их выращу. Создам то, что будет рвать врагов за меня.

Во тьме раздался глухой металлический скрежет, смешанный с влажным хрустом плоти.

Я остановился у края платформы и посмотрел вниз.

Ещё не время. Но скоро этот мир содрогнётся.

* * *

Мостик вывел меня на первый смотровой ярус.

Я подошёл к краю решетчатого настила и посмотрел вниз. Темнота подземелья была плотной, осязаемой, но дежурное освещение выхватывало из мрака фрагменты основания.