Книга Темный Лорд Устал. Книга X, страница 120 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

— База, это Артист. Концерт окончен. Цель самоликвидировалась, — он помолчал, пнул труп носком ботинка. — Ждём вас, Маэстро.

(Всем привет, это Авторы! На этой неделе будет всего 2 проды, в Понедельник и Пятницу. Но зато в следующий понедельник будет новый том и 2 главы сразу! Извиняемся, что так, но нам нужно закончить подготовку перед новым стартом)

Долгорукий

Долгорукий шёл по затопленному тоннелю, и ржавая вода доходила ему до колен. Луч фонаря на автомате выхватывал из мрака осклизлые стены, покрытые чёрной плесенью, свисающие с потолка сталактиты какой-то органической дряни.

Древние коммуникации, которые строил ещё его дед, когда город только поднимался из руин последней великой войны. Долгорукий помнил эти карты с детства — отец заставлял учить их наизусть, потому что случаи могут быть разные.

Вот и наступил один такой, только он шёл навстречу смерти.

Серый туман клубился над поверхностью воды, и Долгорукий чувствовал, как «Некроз» проникает в лёгкие с каждым вдохом. Кислый привкус на языке, жжение в горле, тупая боль за грудиной.

Родовое кольцо на его пальце горело тёплым багровым светом. Древний артефакт рода Долгоруких, передававшийся от отца к сыну на протяжении четырёхсот лет. Защита от враждебной магии, последний щит между ним и ядом, которым он сам отравил свою страну.

Кольцо держало. Пока держало.

Долгорукий посмотрел на свои руки. Чёрные вены уже проступали под кожей, тонкие, как паутина. «Некроз» пробивался сквозь защиту. Скоро артефакт не выдержит и тогда яд сожрёт его изнутри за считанные минуты.

«Значит, у меня есть от силы час».

Он перешагнул через полузатопленную кучу мусора и двинулся дальше.

Тоннель сужался. Потолок опускался всё ниже, заставляя Долгорукого пригибаться. Где-то впереди находиился Главный Узел.

Там, впереди, была его смерть.

И там, впереди, было спасение для Мишеньки.

Долгорукий сжал автомат крепче и пошёл на звук.

* * *

Тоннель вывел его в широкую техническую галерею.

Долгорукий остановился, чтобы перевести дыхание, и прислонился спиной к холодной стене. Рана в боку снова открылась, и он чувствовал, как горячая кровь пропитывает повязку под бронежилетом. Лёгкие хрипели при каждом вдохе, а ноги дрожали от усталости.

Кольцо на пальце светилось всё слабее. Долгорукий поднёс его к глазам и увидел то, чего боялся — по тёмному камню артефакта ползли тонкие трещины. Древняя магия рода выгорала, пытаясь сдержать яд.

«Ещё полчаса. Может, меньше».

Он закрыл глаза и позволил себе минуту слабости.

Перед внутренним взором проплыли лица. Мария, улыбающаяся в день их свадьбы. Елизавета, маленькая девочка с косичками, бегущая ему навстречу. Мишенька, только родившийся, крошечный и сморщенный, спящий у него на руках.

А потом — другие образы. Столица в огне. Тела на улицах. Чёрные вены на коже умирающих.

«Я сделал это. Я».

Долгорукий открыл глаза и ударил кулаком по стене.

Боль отрезвила его. Хорошо, ведь ему нужна была ясность, а не жалость к себе.

Он оттолкнулся от стены и пошёл дальше, и разные мысли текли сквозь его разум.

«Я был прав. Империя гнила заживо. Малинины были слабы — Константин со своими реформами, Александр со своим идеализмом. Страна разваливалась на куски, и никто ничего не делал. Кто-то должен был взять власть железной рукой. Должен был спасти то, что ещё можно спасти».